– Простите, уважаемый, – осмелился заговорить Люк. – Вы не подскажете, как называется эта местность?
Мужчина, лениво поднявшись с камня, удивлённо подняв брови, принялся разглядывать чужеземцев. Он остановил взгляд на Лонде. Видимо, цыгана он принял за своего.
– Откуда ты, брат? – спросил он Лонда.
– Из княжества Эрдей.
– Эрдей, – повторил задумчиво мужчина. – Там красиво?
– О, да! Горы, сады, реки. А как называется Ваша земля?
– В далёком княжестве Эрдей,
За великанами-горами
Играя разными цветами,
Бежит река – сестра морей…
– Прекрасно! Так как зовётся эта земля?
– Месопотамия взрастила меня— возлюбленного сына,
Мой плодородный полумесяц…
– Благодарю! – перебил Лонд.
– Месопотамия, значит, – протянул Харли.
– Так мы же в колыбели цивилизации! – воскликнул Люк.
– Где-где? – переспросил Шарманщик.
– В далёком прошлом, – коротко пояснил Харли. – Только вот зачем мы здесь?
– Нам ведь нужно дерево, – напомнил Лонд. – Значит, за этим нас сюда и отправил Дровосек.
– Призрачное дерево? Вы ищете его, брат мой? – предположил поэт.
– Скорее всего, брат! – поддержал стиль общения Лонд. – Не укажешь ли путь?
Поэт поднял свою трость из слоновой кости с набалдашником в виде орла, невольно напомнив чужестранцам о Корсе. Обутый в сандалии с высокими задниками, он вовсе не опирался на посох. Все дело в том, что на земле Плодородного Полумесяца этот атрибут являлся символом зрелого возраста, мудрости и власти. Поэтому каждый уважающий себя житель Месопотамии не выходил из дому без трости.
Лонд поднял на руки Харли и последовал за «братом», ведя остальных. Следуя за поэтом, они поднялись в город.
Под ясным небом Месопотамии кружили диковинные птицы. За высокой башней, выложенной из светлого глазированного кирпича, скитальцы свернули на узкую улочку, ведущую к храму. Толпа людей, разуваясь у входа, переступала обитель Бога босиком. С опаской и насмешливыми взглядами прохожие окидывали пришельцев и их непривычную странную одежду. Лишь обноски Шарманщика не вызывали у народа подозрений. Некоторые сердобольные участливо предлагали бывшему королю Кластинии милостыню. Они на ходу протягивали ему неидеально круглые серебряники с изображением бородатого мужчины.
Минуя храм, белые домики с соломенными крышами и стада животных, поэт наконец привёл странников к захватывающему дух месту.
Это было грандиозное сооружение, буквально потонувшее в роскошной зелени.
Экзотические пальмы возвышались над пудровыми тамарисами прямо на крыше. Стройные кипарисы и ивы, расположившиеся меж мраморных колонн, смотрели свысока на прекрасные орхидеи, розы и нарциссы, растущие на широких лестницах дворца. Все стены были тоже сплошь покрыты пышной зеленью.
Вода била фонтаном с самого купола, орошая каждый листок. Искусственная река бурлила под мостом, поросшим цветами и лианами. Она била ключом и из каменных пастей мифических животных и рыб, расположенных на стенах здания.
– Какая красота! – не сдержал восхищения Люк. – Что это?
– Висячие сады Семирамиды. Хотя она здесь ни при чем, – пожал плечами поэт. – Эти сады – подарок прежнего вавилонского царя – Навуходоносора его прекрасной жене – принцессе Амитис.
– Это просто чудо! – признался Харли.
– И какое из них призрачное дерево, брат? – спросил Лонд поэта.
– Оно покажется во тьме,
Незримое при свете дня…
– Пожалуйста, брат! – перебил цыган. – Можно без поэзии? У меня уже голова не соображает. Просто скажи, нам ждать темноты?
– Да, брат мой!
– Прекрасно! – схватился за голову Люк. – Нам ведь больше нечем заняться!
– Чем будем выкапывать? – поинтересовался Шарманщик.
– Его выкапывать не нужно,
Оно растёт не на земле.
То древо, словно пух воздушно,
Само покажется во мгле.
– Спасибо за помощь! – поблагодарил стихотворца Лонд и его друзья.
– Как некстати есть захотелось! – сообщил Люк.
Поэт развернулся и куда-то побрёл.
– Мне тоже, – похлопал по пустому животу Шарманщик. – Маркиана не хватает, конечно. Обед был бы обеспечен.
– Но Маркиана с нами нет и денег тоже, так что придётся потерпеть, – сообщил Харли.
– Постойте! Мне ведь накидали монет, – стал выворачивать карманы бывший король. – Может, на лепёшку хватит?
Люк пожал плечами:
– Идём на рынок! Путь мы запомнили.
– Согласен, – поддержал Лонд.
На рынке была уйма народу. Все суетились, куда-то спешили. Назойливые торговцы бегали за посетителями в надежде впихнуть залежавшийся товар.
Шарманщик подошёл к хлебной лавке:
– Уважаемый, это всё, что у меня есть! Могу я купить пару лепёшек?
– Ха! – усмехнулся торговец! Давай сюда! – он оторвал небольшой кусочек хлеба засаленными руками и протянул Шарманщику. – Держи!
Шарманщик посмотрел на друзей, те брезгливо сморщились.
– Спасибо, уважаемый! Я вдруг вспомнил, что недавно пообедал! Счастливо!
Он оставил торговцу свои монеты и ушёл с друзьями восвояси.
Когда они вернулись к Висячим садам, то обнаружили поджидавшего их поэта. Он уже приготовил для них кринку молока, глиняные пиалы и пару лепёшек.
– Вот, уже не умрём с голоду! – улыбнулся ему Лонд. – Благодарю, о брат мой!
– А не вздумал ли он отравить нас? – шепнул Лонду Люк.
