Бенджамин с Фарром вернулись домой. У крыльца их ждала Мэри. В руках она еле держала корзину с овощами и фруктами, а на земле стояли два кувшина молока:
– У вас такие щедрые соседи, Бэн.
– Вижу, Мэри, вы времени даром не теряли, – усмехнулся Фарр. – Тогда можно и подкрепиться.
– Вы нашли Дамиана?
– Нет, – ответил Бенджамин. – Он исчез.
Прекрасная Эариэль летела на вороном Пегасе, она приближалась к Серебряному острову. У выступа скалы златовласая девушка с волнением в сердце нащупала заветную выемку и бросила взгляд в сторону парусника. Ожидавшие чуда громкими возгласами подбадривали бывшую эльфессу с палубы.
Эариэль торжественно поместила чёрную жемчужину в маленькое отверстие…
Внезапно скала задрожала и стала огненно-красной. С её вершины начали обрушиваться громадные пылающие камни.
– Эариэль, спасайся! – послышалось с корабля.
Черногривый конь стремительно взвился вместе с всадницей, проворно уворачиваясь от горящего камнепада.
Сотрясающаяся скала тем временем уходила под воду, а вместе с нею затонул и Серебряный остров.
– Эариэль, Кало, вы целы? – расцеловал обоих радостный Вуди. – Я едва не умер от страха.
– Спасибо, Эариэль! И тебе, черногривый друг! – поблагодарил Люк.
– Лонд, нужно уплыть подальше от того человека, который вот-вот станет акулой.
– А вот этого не нужно! – ответил капитан, встав к штурвалу. – Корабль готов.
Белый парусник игриво рассекал пену волн.
– И что теперь? – развёл руками Шарманщик.
– Хороший вопрос, – поддержал Харли.
– Я тоже не заметил особых изменений, – дополнил Вуди, глядя на череп, который по-прежнему оставался черепом.
– Ещё рано. Подождём немного, – произнесла волшебница, глядя на волны.
– Чего ещё мы должны ждать? – негодовал Адам. – И так торчим тут черт знает сколько!
– Я не повелеваю морем, Адам.
– Что это значит? – задал вопрос Шарманщик.
– Мы должны дождаться, когда закипит море…
– Закипит? – переспросил Вуди. – Это как суп, что ли?
– А такое бывает, Эариэль? – усомнился Люк.
– Увидим, – ответил за неё Харли.
– Как только это произойдёт – сгинут чары и вы сможете отравиться домой, – вздохнула волшебница.
– Но как? Через какой портал? – поинтересовался Избранный. – Ах, да! Я ведь с друзьями теперь могу отправиться, куда захочу, – вспомнил он.
– Морской ил, – подмигнул брату Вуди. – Эариэль, а ты? Давай с нами? Ведь в Гиндалор ты наверняка не вернёшься.
– Я считаю – Вуди прав, – решил высказаться Харли. – Эариэль, ну не оставаться же тебе здесь посреди моря. Так что решение за тобой.
– Я нарисую для тебя отдельную светлую комнату с кружевными занавесками на окне, и никто тебя не потревожит, – пообещал Маркиан. – Решайся.
– Ну, отстаньте вы от неё со своими занавесками, – вмешался череп. – Девушка ведь не может вот так сразу взять и согласиться. Тем более, она совсем недавно стала человеком. В общем, Эариэль, я со своей стороны хочу сказать, что буду рад, если ты составишь нам компанию и станешь нашим другом. И, ещё, по возвращению в Англию, я лично куплю тебе отдельный домик.
– Я согласна, – робко молвила девушка.
– Вот и славно! – воскликнул Вуди. – Эариэль, ты такая стройная! – ляпнул он невпопад.
– Глядите! Там, на воде, – заметил Харли. – Пузырьки воздуха!
– Оно вскипает… – догадался Люк.
– Началось, – тихо сказала Эариэль.
– Чтоб ты сварилась в море, акула-гоблин! – засмеялся Вуди.
– Погодите! Это невероятно, но я что-то чувствую, – сообщил череп.
– Я тоже… – сказал Шарманщик.
– Ты становишься человеком, Адам! – закричал во все горло Избранный. – А наш Шарманщик будет снова править Кластинией! Эариэль – ты наше спасение!
В эту безлунную ночь Клифтон окутала густая мгла. Таинственный человек в маске подкрался к хижине Петуньи. В его руке висела небольшая птичья клетка. Он коснулся пальцем двери и бесшумно проник в дом.
Ночной гость приоткрыл дверь одной из комнат – там спали Ева с сыном. В другой он увидел спящую повитуху, а на подушке рядом с ней – маленькую пташку.
Загадочный незнакомец чиркнул длинным ногтем о ноготь, и из его пальцев резко вылетела молния, угодив в самое сердце Петуньи. Её тело вздрогнуло – она умерла во сне.
Постель загорелась. Тогда колдун вновь чиркнул ногтями, и языки пламени послушно погасли. Птичка проснулась и не успела опомниться, как была упрятана в железную клетку.
– Бенджамин, это ты? – спросил спросонья Фарр, неожиданно появившись из кухни. – Что здесь…?
Но он не договорил. Колдун пригвоздил его взглядом к стене. Фарр не мог пошевелиться:
– Мастер?
– Угадал!
– Побойся Бога, Рэдклифф! Оставь в покое ребёнка. Ты дал дьяволу права над собой. Продал ему душу, как и твоя тётушка. Но Избранного вам все равно не одолеть!
– Заткнись, уродец!
– Ева, беги!!! – выкрикнул Фарр, скрывая голос.
Рэдклифф приблизился и взмахом руки снёс Фарру голову.
Обезглавленное тело начало трясти, колени подкосились, и наконец оно упало рядом с головой. Глаза Фарра продолжали смотреть на мастера.
– Получай, жалкий предатель, – сказал ночной гость, размозжив ногой череп бедняги.
Ева, спросонья схватив в охапку ребёнка, без оглядки бросилась прочь.
