– Шофранка, уверяю тебя – она красавица.
– Не сомневаюсь, милый. Этот дом нарисовал Маркиан?
– Шутишь? Я купил его, Шофранка.
– Значит, Вы продали тот алмаз?
– Да, конечно…
– Теперь понятно, почему тебя так долго не было. Я переживала. Ночами не спала. Думала, с ума сойду.
– Больше переживать не придётся. – он поцеловал жене руки. – Загляните-ка сюда, мои родные.
– Ой! У нас даже гостиная есть?
– Ну, да. Комната для гостей.
– Стульев на всех не хватит! – засмеялась Шофранка.
– Купим! Я всё сделаю, лишь бы видеть улыбку на твоём красивом лице. Теперь мы заживём счастливо.
– Это же целый дворец! – восхищалась Шофранка, разглядывая арки, искусные вазы.
– Да ну, хватит. Не мог же я привести жену и ребёнка в трущобы.
– С тобой – хоть в старой лачуге, Люк. Ты же знаешь… Все это словно сон. Мне просто не верится.
– Придётся поверить, любовь моя.
– Хорошо. Я буду счастлива с головы до пят, когда с нами будет наша дочь.
– Поспешу за ней. Она у одной очень хорошей женщины… А вы отдыхайте.
– Буду ждать, – сказала Шофранка, укладывая Джанго в колыбель. – Как непривычно, – призналась она. – Все такое… чужое…
– Привыкай. Дай хоть обнять тебя. Мы не виделись вечность.
Малыш заворочался и снова захныкал.
– Ну, что такое? – Шофранке пришлось оторваться от мужа. – Иди ко мне, сынок. Ему тоже непривычно, Люк.
– Понимаю… Но я старался. А, в этих ящичках детские вещи – я прикупил, что смог. Так что все необходимое у детей есть.
– Спасибо, любимый. Я знаю. Прости.
– Ничего. Я скоро. Если что, ужин на кухне.
– Ты приготовил?
– Как умел.
– О, Боже!
– Не смейся. А в шкафу у зеркала – пара цветастых юбочек. Надеюсь, тебе понравятся.
– Где ты их взял?
– Купил у старой цыганки на рынке. Я люблю тебя!
Проводив мужа и уложив спать сына, счастливая Шофранка принялась примерять обновки. Алая юбка с крупными белыми цветами пришлась ей по вкусу больше, чем белая в мелкий цветочек. Хотя обе были ей великоваты в талии. «Та-ак, – протянула смуглая красавица, подвязавшись пояском. – Что там у нас на ужин? – она открыла тарелку и, зажмурившись попробовала кусочек запечённой курицы. – М-м-м? Вкусно!»
С этими словами у Шофранки вновь кольнуло в груди.
Зор подковывал коня, когда к нему подошёл Шэнгал:
– Крепкие подковы.
– И гнедой хорош.
– Не спится, Зор?
– Тебе, я вижу, тоже.
– Да. Неспокойно что-то. Сон не идёт. Светает…
– Где твой крестник, Шэнгал?
– Значит, Лонд так и не появлялся?
– Нет, брат, – ответил Зор, вбивая последний гвоздь. – Его всё ещё нет…
– Так идём за ним сами. Чего ждать?
Зор бросил молоток и похлопал по спине лошадь.
– Идём, брат.
На могилах женщин Лонда не оказалось:
– Странно, – сдвинул брови Зор. – Где ты, сын? – окликнул он.
– Лонд! Кало! Вы здесь?
Никто не отвечал.
– Может, мы разминулись с ним, Шэнгал? И Кало не видно. А жена не ответит…
– Ничего не понимаю. Куда он мог деться? Ладно, Зор. Будем надеяться, что он уже в таборе. Ну, не заблудился же он!
– Господи. Не успеешь порадоваться одному, случается другое.
– Ничего не случилось, брат. Успокойся. Вот увидишь, он уже в шатре.
Приближаясь к табору, братья заметили белую кобылицу с жеребёнком и крылатого вороного.
– Кало? – не поверил глазам Зор.
Пегас стрелой припустился к старому цыгану.
– Мой черногривый! – погладил коня Зор. – А где твой хозяин?
Кало повернул голову в сторону шатра Лонда.
– Ясно. Я же говорил! – сказал, Шенгал, закуривая трубку. – Ну, сейчас мой крестник получит своё. Спасибо, Кало. Ступай к своим.
Навстречу мужчинам из шатра вышел встревоженный Лонд.
– Ты где был, сын?
– Как будто ты не знаешь, отец.
– Мы переживали, крестник.
– Я цел, как видите. Нечего переживать. Куда подевались Шофранка и мой племянник? Я обыскал весь табор.
– Их забрал Люк, сынок. Шофранка так спешила. Просила поцеловать тебя за неё.
Зор и Шенгал хотели было обнять Лонда.
– Погодите, – остановил их Лонд. – Люк уже был здесь?
– Конечно, сын.
– Когда?
– Вы ведь вчера, как стемнело, вместе вернулись.
– Отец, ты что-то путаешь!
– Крестник, я видел его своими глазами, как тебя сейчас, – подтвердил Шэнгал. – Видно, ты так долго пробыл на кладбище, что потерял счёт времени.
– Но я ещё не успел навестить могилы.
– Как? А где же ты был тогда, сын? Люк сказал…
– Постойте! Прекратите. Боже… Нет. Этого не может быть…
– О чем ты говоришь, Лонд? – начал выходить из себя Зор.
– Но ведь Люк…
– Что?
– Ничего. Я… Я не знаю. Не уверен… Все хорошо, отец. Сам пока не понимаю.
Издалека послышалось змеиное шипение:
– Лонд! Я везде тебя ищу!
– Драго, но я только что вернулся.
– Только что? Но Избранный …
– Ты тоже его видел?
– Мельком. Я даже не успел поговорить с ним. Они с Шофранкой торопились к дочери. Расскажи хоть ты. Вы справились с проклятыми мухами?
– Да, Драго, не волнуйся.
– С какими мухами? – переспросил Шенгал.
– С обычными назойливыми мухами, крестный. Ничего особенного, – Лонд поправил волосы и предупреждающе глянул на змея. – Что ж. Жаль, что Шофранка не дождалась меня… Пойду, прогуляюсь немного.
– Ну, ступай, – сказал отец вслед сыну.
– Что-то не нравится мне его взгляд, – прошипел Драго.
– Что с ним такое, брат? – удивился Шенгал.
Зор пожал плечами.
