Светлый Человек останавливается. Он не изменился — изменилась я. Маленькая тощая девчонка, едва достававшая ему до пояса, превратилась во взрослую ведьму. Когда-то он мог отшвырнуть меня в сторону так легко, словно бы я ничего не весила. А теперь? Отмахнулся бы он от взрослой Луны с прежней легкостью, не лежи она, обездвиженная, у его ног?
Хочу взглянуть на него дерзко, с вызовом. Хочу показать, как мы похожи, до невозможности похожи. Спросить, видит ли он отражение себя во мне? Ведь я его отродье, плод его темных дел, его наследница.
— Черная Луна, — произносит он. Негромко и приглушенно, словно пробуя на вкус. Приподнимает мою голову за волосы чуть вверх, дает взглянуть на живое море, жадно прильнувшее почти к самым доскам эшафота. И вот его взгляд снова устремлен к горожанам, а голос обретает ораторскую звучность. — Черная Луна! Слышали это имя? Помните о ее темных деяниях? Были ли вы, как и я, уверены, что ей никогда не пробраться в наш с вами город, потому что они, — рука указывает на стоящего поодаль капитана Сумрака, — пограничники, нас берегут? Я верил.
Пальцы, сильные и грубые, как в детстве, сдирают браслет консультанта с моей руки. Острые ногти прочерчивают на коже кровавые борозды.
Не чувствую. Ничего не чувствую. Царапины набухают кровью, но боль не приходит, подавленная бесчувственностью — благословением и проклятием.
— Так что вы скажете на это, капитан? — браслет поднят вверх, на всеобщее обозрение. — Почему безумная ведьма, правая рука чудовищного Черного Пепла, носит метку вашего помощника? Как могли вы одарить ее правом чинить зло в нашем городе? Как могли пропустить ее творить черные дела колдовской банды на наших улицах? Сколько близких, друзей, родных похоронили мы за последние дни? И вы это допустили.
Лицо капитана совершенно бесстрастно. Он отвечает, негромко, хрипловато и устало, словно не желая соревноваться с напыщенным господином в красноречии. И я слышу только обрывки, разрозненные слова, а толпа и Светлый Человек не слышат и вовсе ничего.
“
О да, человек моих кошмаров всегда этого хотел. Обладать желаемым, обладать миром.
А толпа зачарованно внимает звучным, красивым словами Светлого Человека. Как будто — а, впрочем, почему как будто? — не знают его истинной сути. Для них он из высших, Правитель, господин и защитник. Герой даже — потому что поймал злобную равнинную ведьму.
— Вам только кажется, что перед вами юная девушка, — как ни в чем не бывало, продолжает Светлый Человек. — Это враг. Потому что не бывает хороших ведьм. Есть только те, кто не успел стать плохими. Раз обратившись к черной магии, колдуну без нее не обойтись. И кому, как не пограничникам, знать это лучше других? Но скажите, почему же они бездействуют?
Толпа становится тихой-тихой. А потом взрывается криками.
“
Я чувствую слабый всплеск боли и опускаю глаза. Бряк у моих ног держит в зубах одно из лезвий.
Меня хватает только на бледную улыбку. Это почти бессмысленно — пытаться вернуть мне возможность двигаться, потому что сил прорваться через толпу, спастись, все равно негде взять. Но Бряк не привык сдаваться.
Онемение постепенно спадает, и теперь я чувствую, как маленькие коготки Бряка впиваются в кожу, когда демоненок забирается за очередным лезвием.
— Я расскажу вам, — голос Светлого Человека заставляет толпу умолкнуть, вслушаться. — Открою правду. Покажу истинное зло магии. Истинные лица тех, кто обязался защищать нас.
Приглушенный ропот проносится по толпе.
— Пограничник Тень! — довольный произведенным эффектом продолжает Светлый Человек. — Помните такого? — Пухленькая рыжая девушка, кажущаяся мне смутно знакомой, передает Правителю серебряный браслет консультанта. Еще один. Только этот настоящий, я даже в таком состоянии чувствую оставшуюся на нем магию. Вижу и бурые пятна засохшей крови на узкой полоске металла — его обладательница наверняка уже мертва. — А это знаете что у меня в руках? То, что позволяло ведьмам с молчаливого одобрения этого самого пограничника Теня творить зло в нашем с вами городе. — Я кожей чувствую устремившиеся на меня взгляды горожан, и отчаянно надеюсь, что никто не заметит Бряка. Не заметит крови, капающей из раскрывшихся ран. — До вас, наверное, доходили слухи о его смерти, так? И вы сейчас, наверное, недоумеваете: как это убили? Как его могли убить, если вы его совсем недавно видели? Вот оно, истинное зло магии! Вместо знакомого вам добропорядочного пограничника в его личине давно уже расхаживает злобный демон. И я могу это доказать. Достаточно одного лишь луча заговоренного света, чтобы “Тень” рассыпался на кусочки. Найдите его! Приведите его сюда, и вы узнаете всю правду! Вы…
— Что-то мне подсказывает, — обрывает его такой живой голос Теня-демона, — что весь этот фарс зашел слишком далеко.
