Хотя я не помнил числа гостей и во многих случаях их имен, в памяти хорошо отложилось, что большинство из них приехали из Фризингхолла или ближней округи. Многие, однако, прибыли издалека. Некоторые даже не жили в Англии постоянно. Я сам входил в их число, как и мистер Мертуэт. Годфри Эблуайт был третьим. Мистер Брефф? Нет. Я вспомнил, что дела помешали юристу приехать на торжество. А кто из дам постоянно жил в Лондоне? Из этой категории на ум приходила только мисс Клак. Итак, я насчитал по крайней мере трех приглашенных, с кем стоило увидеться еще до моего отъезда. Я немедленно отправился в контору мистера Бреффа, потому как не знал адреса искомых лиц и надеялся, что он подскажет, где их найти. Мистер Брефф был слишком занят, чтобы уделить мне больше минуты своего драгоценного времени. За эту минуту, однако, он умудрился дать – неутешительный – ответ на все мучавшие меня вопросы.
Во-первых, он счел мой новый способ поиска ключа от тайны чистой воды фантазией, недостойной обсуждения. Во-вторых, третьих и четвертых, мистер Мертуэт уже отбыл к месту былых приключений, мисс Клак потерпела убытки и в целях экономии обосновалась во Франции, а мистер Годфри Эблуайт обитал где-то в Лондоне, а может, и не в Лондоне. Не лучше ли мне спросить в клубе? И не буду ли я возражать, если мистер Брефф пожелает мне всего хорошего и вернется к делам?
После того, как круг поисков в Лондоне ограничился адресом Годфри, я последовал совету юриста и поехал в клуб.
В фойе я встретил приятеля, который был закадычным другом моего кузена. Этот джентльмен, сообщив адрес Годфри, рассказал о двух недавних событиях в своей жизни, достаточно важных самих по себе и прежде мне неизвестных.
Оказалось, что Годфри не только не расстроился из-за отказа Рэчел от брачных обязательств, но вскоре сделал предложение руки и сердца другой юной даме, о которой ходила молва как о богатой наследнице. Предложение было принято, их брак считался решенным делом. Но и в этом случае помолвка внезапно и против ожиданий была расторгнута – ходили слухи, что из-за разногласий между женихом и отцом невесты по вопросу о финансах.
В виде компенсации за вторую неудачную попытку женитьбы Годфри вскоре был избран объектом благосклонности и финансовой щедрости со стороны одной из его поклонниц. Богатая пожилая дама, крайне уважаемая в «Перешивочном обществе» и слывшая большой подругой мисс Клак (которой оставила в память о себе лишь траурное кольцо), завещала замечательному, достойнейшему мистеру Годфри пять тысяч фунтов. Получив приличное пополнение скромных денежных ресурсов, он, по слухам, ощутил внезапное желание немного отдохнуть от благотворительных трудов и, как прописал доктор, «съездить для дальнейшего укрепления здоровья на континент». Если я собирался его навестить, с визитом нельзя было медлить.
Я не стал откладывать дело в долгий ящик.
Как и в случае с сержантом Каффом, меня постигло все то же роковое невезение – я опоздал всего на один день. Годфри покинул Лондон предыдущим утром, сев на сквозной поезд, идущий в Дувр. Оттуда его путь лежал в Остенде. Слуга был уверен, что конечной целью был Брюссель. Время возвращения не было точно определено, однако меня уверили, что отсутствие продлится по меньшей мере три месяца.
Я вернулся на свою квартиру в некотором унынии. Трое гостей званого ужина, все трое чрезвычайно умные люди, находились вне досягаемости именно в тот момент, когда они были больше всего мне нужны. Оставалось только надеяться на Беттереджа да друзей покойной леди Вериндер из числа соседей по загородному поместью.
На этот раз я отправился прямиком во Фризингхолл, занявший в моих поисках центральное место. Для встречи с Беттереджем час был слишком поздний. На следующее утро я отправил посыльного с запиской, приглашая дворецкого как можно раньше встретиться со мной в гостинице.
Предусмотрительно отправив посыльного в наемном экипаже, – отчасти для выигрыша времени, отчасти для удобства Беттереджа, – я мог рассчитывать на появление старика менее, чем через два часа. Тем временем я готовился провести опрос тех гостей торжества, что были знакомы мне лично и проживали поблизости. В их число входили мои родственники Эблуайты и мистер Канди. Врач проявил особое желание увидеться со мной и жил на соседней улице. Поэтому я для начала отправился к мистеру Канди.
