Японцы недоверчиво уставились на Теодора. Несмотря на это, у них не хватало смелости открыто выступить против мага. Естественно, сам Тео хорошо всё это понимал, но сделать ничего всё равно не мог.
— Хм?
А затем он почувствовал, как внутри его тела начало что-то пульсировать. Чувствуя некий дискомфорт, Тео сосредоточился на этом ощущении, как вдруг из его тела вырвалась вспышка света, словно ядро разогретого попкорна.
— Хо! Что ж, как я думал. Моя душа стала частью предмета, — пробормотал Сэймэй. Это было его отражение, точь-в-точь напоминающее то, с которым Теодор встречался в духовном мире.
— … Ты использовал Восемь Нефритовых Магатам?
Теодор сразу понял что произошло.
— Верно. В таком состоянии я не могу корректно использовать всю свою силу, но зато эффект происходит мгновенно. Разве не так? — кивнул восхищённый Сэймэй. Вместе с этим, его последний вопрос был адресован не к Теодору, а к японцам, которые, судя по всему, уже сталкивались с такими призрако-подобными существами.
Живая легенда, Абэ-но Сэймэй… Его портреты до сих пор можно было встретить в домах, а разнообразные литературные произведения вмещали в себя сотни адаптаций его биографии. И пусть прошло уже более тысячи лет с тех пор, как он покинул этот мир, мало кто в Японии не узнал бы его лица.
Итак, первой осознала подлинность представшего перед ними человека именно Сузука.
— Приветствую основателя Сэймэя! — упав на колени, воскликнула она. Вслед за девушкой последовали Нобуцуна с Томаном. Такого проявления уважения не удостаивалась даже монаршая семья. Тем временем Сэймэй лишь коротко взмахнул рукой и, приказывая им подняться, проговорил:
— Этого достаточно. Дитя, мне предстоит рассказать тебе долгую историю. Ты можешь предоставить мне соответствующее содействие?
— Конечно, основатель! Я сделаю всё возможное!
— Да, спасибо. И… Что скажут потомки Камидзуми?
— Да, основатель, — тяжелым тоном ответил Нобуцуна.
— Хорошо. Я отдаю должное твоей работе, но этот юноша слишком слаб духом, — добавил Сэймэй, указывая в сторону Магосиро.
— Прошу прощения… — покраснев и опустив голову, ответил Нобуцуна.— Должно быть, он уже родился с таким темпераментом. Как только его дух вырастет, я верну ему отрубленную руку.
— Хорошо! Я буду учить его со всей строгостью.
— Верю.
Затем, перекинувшись несколькими словами с Томаном, Сэймэй, наконец, повернулся к ожидающему Теодору. Поглощение трёх божественных артефактов было уже всеми забыто, а потому великий оммёдзи указал вдаль и произнёс:
— Теперь давайте разберемся с насущными проблемами. Поскольку теперь мы можем двигаться раздельно друг от друга, это поможет сэкономить время.
— И какова моя цель?
— Вот эта гора.
Рука Сэймэя была вытянута по направлению к огромной горе, где он в далёком прошлом запечатал ёкаев. Однако, глядя в сторону этого места, более опасного, чем что-либо ещё, Теодор принял это предложение с абсолютным спокойствием.
* * *
— Кра-а-а! Кра-а-а-а!
Издавая угрюмые крики, птица сорвалась с ветки и полетела прочь. Её красноватые глаза, искаженное туловище и чёрные перья служили явственным доказательством того, что она была укушена ёкаем.
Размышляя об этом месте, Теодор шагнул на разлагающиеся листья. Гора Оу, на которую указал Сэймэй, и вправду обладала совершенно иным ландшафтом. Здешняя флора и фауна намного превосходили общепринятые жизненные нормы. Ступив на территорию этой горы, обычный человек не смог бы здесь продержаться и десяти минут.
— По крайней мере, их инстинкты всё ещё работают. Но долго это продолжаться не будет…
Существа подсознательно понимали силу Теодора, а потому не смели приближаться к нему. Это служило доказательством того, что звериные инстинкты подавляли желание атаковать и убивать всё живое. Однако и для этого самоконтроля были свои ограничения. Как только убеждение возьмёт верх, здешние монстры набросятся даже на Теодора.
Тем не менее волшебнику не было страшно. Это попросту раздражало его. Если число врагов достигнет тысячи или нескольких десятков тысяч, ему придётся потратить часть своих сил. А Тео совершенно не хотел терять драгоценную энергию в такой ситуации.
На флору и фауну этой горы тысячелетиями влияли ёкаи. И как только они появятся, ему нужно будет уничтожать даже червей и сорняки, не оставляя позади себя абсолютно ничего.
И вот, спустя несколько минут тихую горную тишину прервал голос Гоетии:
— Хозяин, к Вам приближается одна жизненная форма. Нет, теперь их две, три, четыре… Количество продолжает расти. На данный момент их не менее десяти.
— Кажется, началось.
Когда Гоетия закончила говорить, сверхчувствительность Теодора резко вздрогнула. Это служило доказательством того, что сила приближающихся существ могла угрожать даже ему.
На горе Оу его способности по обнаружению работали не в полную силу. Чувствительность трансцендентного человека упала более чем наполовину, а потому данная задача была перепоручена Гоетии. Итак…
— Ку-храк!
