Я должна была догадаться с самого начала. То, что невозможно было отследить его происхождение, отсутствие противоядия…
Лиан хмурится.
– Ты должна была найти способ собрать шеннон-ши и способных шеннон-ту во дворце, чтобы продолжить расследование.
Чжэнь кивает.
– Введение шеннон-ши в должность при дворе включает в себя длительные процедуры. Если бы я не устроила состязание, у меня не было бы причины созвать всех шеннон-ши королевства к Цзя.
Она встает с места и подходит к настенному свитку, затем отодвигает его в сторону. Свиток виртуозно скрывает дверной проем, ведущий в соседнюю комнату. Затем принцесса возвращается к своей подушке.
Канцлер сопровождает охранников. Все подтверждено. Он сотрудничает с принцессой, чтобы раскрыть тайну яда, и именно поэтому он так внимательно следил за нашими резиденциями.
– Канцлер, вы раскрыли личность того, кто пытался напасть на птицу? – спрашивает Чжэнь. Заметив его замешательство, она машет рукой. – Вы можете открыто говорить перед ними.
Канцлер склоняет голову и представляет свой доклад.
– Вор проник в помещение через крышу, а впоследствии через открытое окно. Он был в перчатках и попытался схватить птицу, но она плюнула ему в глаза, тем самым его ослепив. Когда он отпустил птицу, она укусила его за запястье. Он умер, стоило ядовитой слюне попасть ему в кровь. – В результате весь беспорядок остался на нашем полу.
– Эти проклятые птицы могли бы дорого стоить на черном рынке, – заявляет Лиан. – Не удивлена, что он пытался украсть ее вместо того, чтобы убить.
– Он бы убил двух зайцев одним выстрелом: заработал бы денег и устранил вас обеих из состязания, – говорит канцлер.
Принцесса утвердительно кивает.
– Полагаю, завтра мы увидим, кто появится с птицей, а кто нет. – После паузы внимание Чжэнь снова возвращается ко мне. – Мы должны поговорить о Кане.
Ах да, та самая тема, которую я избегала. Я ощущаю на себе взгляды всех собравшихся в комнате, как и взгляды всех фигур с росписей. Поскольку она подняла эту тему в присутствии канцлера, полагаю, он тоже в курсе нашего соглашения.
Я начинаю рассказывать дрожащим голосом:
– Он отвел меня в монастырь Лингья. – Канцлер Чжоу смотрит так, будто увидел меня в новом свете. Его взгляд до боли напоминает неодобрение моего отца. Но я выдерживаю этот взгляд и смотрю в ответ, высоко подняв голову.
Вопросы сыплются один за другим.
– Лингья? – удивляется Чжэнь. – Почему Лингья?
– Он водил тебя к настоятельнице? – находится канцлер. – Она говорила что-нибудь о союзе с его отцом или, может, намекала на их планы?
– Он отвел меня туда, чтобы посмотреть сады. Нас чуть не поймали монахи, поэтому, пока они искали нас, мы решили спрятаться в подземной пещере. – Где я упала, а он спас меня, и мы целовались, пока не возникла необходимость перевести дух. – И мы… разговаривали.
– Разговаривали? – Принцесса призывает меня продолжить.
– Мы обсуждали то, как он рос во дворце, с тобой.
– Как вы считаете, он питает злобу к принцессе? Представляет ли он для нее угрозу? – Канцлер Чжоу продолжает задавать мне вопросы. Кажется, он недоволен моими ответами, желая узнать нечто большее.
– Он сказал, что Лучжоу страдает, потому что его жители не могут найти работу, – отвечаю я. – У них ограниченные возможности заработать себе на жизнь, и они вынуждены совершать незаконные действия, чтобы выжить.
Чжэнь поворачивается к канцлеру:
– А я вам то же самое говорила. Если позволите мне покинуть стены дворца и вести политику, которую мы обсуждали, мы сможем немного облегчить их страдания.
– Мы должны обезопасить вас, Ваше Высочество, – отвечает канцлер. – Что бы сказали ваш отец и бабушка?
– Я устала оставаться в безопасности! – Чжэнь повышает голос, ее глаза сверкают. – Мне надоело, что все нянчатся со мной и оберегают! Настало время научиться править. Мы должны выманить этого безликого врага, пока не стало слишком поздно.
– Мы уже близки к истине. Вам прекрасно известно о том, что у нас есть информация о Кане, – быстро говорит канцлер, пытаясь ее успокоить. – Вы же знаете, ему нельзя доверять.
– Какая информация? – спрашиваю я, но Лиан скрещивает руки на груди и перебивает меня: – Ты использовала Нин в качестве приманки?
Чжэнь пристально смотрит на нее.
– Не думаю, что это как-то навредило ей.
Прежде чем я успеваю обдумать сказанное, канцлер снова начинает говорить:
– Наши шпионы видели Кана с маркизом Куаном, он распространяет влияние своего отца на юго-восточные регионы. Маркиз и генерал подкупили чиновников министерства, призывая все больше людей на прибрежные болота, чтобы разбить там тренировочные лагеря для своей армии.
– Кан говорит, что считает ситуацию с ядом низкой, – возражаю я. – Он лишь хочет защитить свой народ.
Не знаю, почему я продолжаю защищать его, но уверена, что парень, с которым я разговаривала у тайного источника, был искренен в своих словах. «Золотой ключ» говорит об этом, и я чувствую это всем сердцем.
– Мы просто выдвигаем предположения, – соглашается принцесса. – Улики против моего дяди очевидны, но мы пока что не можем быть полностью уверенными в преданности Кана.
