В верхних отсеках лежат разные сорта чая, достойные чествования императора. Два из них особенно настойчиво обращаются ко мне: «Райский ручей» почти не подвергается обработке, для него обычно собирают только самые молодые почки, а «Потаенная осень» – это старый сорт чая, который собирают осенью, а затем обжаривают на солнце до тех пор, пока его внутренняя сладость не выйдет наружу. Они обладают противоположными свойствами в зависимости от того, как именно я захочу подойти к проблеме. Я осматриваю другие добавки. Хризантема, жасмин, акация и сушеный сафлор. Астрагал тоже обладает интересными особенностями, в прошлом мне уже доводилось иметь дело с его укрепляющими свойствами.
Мы с Лиан обсуждали, как она наполнила свой эликсир укрепляющей магией. Поэтому, несмотря на то что я не специализируюсь на этом, кое-что я все же знаю. Со своей стороны, Кан тоже может быть более осмотрительным. Быть может, мне нужно дать ему что-то, чтобы притупить боль от сражения. Но проблема в том, что моих знаний о боях ничтожно мало, потому что я никогда не посещала турниры. Я могу только догадываться об особенностях навыков и умений борцов.
Я выбираю из трех ингредиентов: ягоды годжи для повышения концентрации, горькая куркума для улучшения кровообращения и ослабления боли, а линчжи для повышения выносливости. Чашка чая, достойная того, чтобы бросить вызов представителям богов.
Первый раунд начинается, как только палочка превращается в пепел, и канцлер озвучивает следующий набор инструкций.
– У вас в запасе длина витка ладана, чтобы подготовить и представить свой выбор, затем назначенному вам борцу предстоит одолеть соперника. Одолеть. Здесь не предусмотрена ничья, равно как и второго шанса нам никто не даст. Соперник должен уступить. Выход из круга приравнивается к поражению. Первый, кто прольет кровь, – проиграл.
Здесь так много всего незнакомого. Я смотрю на выбранные ингредиенты, и меня начинают терзать сомнения касательно правильности моего выбора.
– Судьи распределили оставшихся участников по их выступлениям. Первым начинает Чэн Шао из Цзя, – Канцлер кивает глашатаю, который зажигает витые благовония, и соревнование начинается.
Шао идет вперед, чтобы заварить чашку, и травы тут же впитываются в воду, высвобождая свой аромат. Аромат магии отдается покалыванием в горле. Кан с поклоном принимает чай, не мешкая выпивает его и выходит на площадку для состязания.
Слуги накрыли землю циновками. Черепаха двигается вяло, мужчина взмахивает своим шестом так, словно он является продолжением его тела. Кан двигается быстро, уклоняясь от его ударов. Земля под нашими ногами сотрясается каждый раз, когда шест падает на пол. В конечном итоге шест с громовым ударом встречает меч, и Кан с силой отскакивает назад, чуть не выпав из круга. Он выпрямляется, и сражение возобновляется. Дерево сгибается, оружие встречается, и меч наносит ответный удар, когда противники сталкиваются, расходятся, а потом снова встречаются в поединке. Кан уворачивается и отступает в сторону, он изгибает свое тело как лук, чтобы не дать сопернику возможности поразить себя одним лишь взмахом шеста.
Шао сидит на стуле; от напряжения на его лбу выступили капли пота. Парень беззвучно шевелит губами, взывая к богам, так же поступала и моя мама, когда боролась с особо тяжким недугом. Интересно, слышит ли Кан нашептывания Шао в своей голове.
Спустя десять ходов меч Кана оказывается у горла Черепахи, и крупный мужчина кланяется, признавая свое поражение.
Зал наполняется аплодисментами. Зрители пребывают восторге, несмотря на их сомнения, которые они испытывали поначалу по отношению к борцу.
– Так держать! – слышится со всех сторон. Шао вытирает лицо носовым платком, его привычной ухмылки как не бывало. Он встает на трясущихся ногах и кланяется, опираясь на подлокотник, чтобы не упасть.
– Линь Вэньи, служитель Елю, – объявляет глашатай. Канцлер Чжоу жестом призывает Вэньи приступать. Высокая фигура движется изящно, что говорит о его подготовке. Чистые и точные движения. Никаких напыщенных усилий для того, чтобы развлечь публику. Меня затягивает его выступление, даже несмотря на то, что вот-вот наступит мой черед.
Вместо чашки Вэньи использует глубокую каменную миску. Наклонив миску набок, он выливает воду, создавая иллюзию прыгающих волн. Аккуратно покачивая миску, он внимательно следит за тем, чтобы вода покрыла все ингредиенты. Они приобретают золотистый оттенок, необходимый для хорошего напитка.
Вэньи кладет дан под язык, затем передает миску Кану, который кивком принимает ее и выпивает. Когда парень проглатывает напиток, он тут же морщится. Должно быть, чай получился слишком крепким. Кан выходит на арену с Черным Тигром, и с зажиганием спички начинается следующий раунд.
