В этот вечер все оживлённо разговаривали друг с другом. Каждому передалось моё приподнятое настроение. Если честно, на следующий день я и не помнил, о чём мы так оживлённо разговаривали. Но я помню, что все мы смеялись. Мари светилась внутренним светом. Как же давно я не видел её такой живой, не слышал её лучезарный смех. До этого момента мы с ней как будто зависли в каком-то глухом пространстве, где со всех сторон нас окутывала темнота. Мы не могли видеть друг друга через этот мрак, поэтому и в реальной жизни как будто не замечали друг друга. Её смех словно рассеивал густой туман, и я снова увидел её душу. До этого момента только наши оболочки соприкасались друг с другом, делая вид, что общались между собой. Но теперь, наблюдая, как она оживлённо рассказывает что-то смешное нашей дочери, я знал, что передо мной сидит та самая девушка, с которой я постоянно делился своими переживаниями и мечтами.
Милтон, похоже, тоже отвлёкся от своего несчастья. Он даже перекинулся парой фраз с Мари. Но что меня больше всего удивило, так это то, что моя жена добродушно отвечала мальчишке. Он, правда, старался не смотреть на неё. А когда смотрел, то на секунду задумывался. Его лицо в этот момент было нахмуренное и очень серьёзное. Но под общий смех и разговор он сразу же оживлялся и снова вливался в компанию.
Этот день был телевизионной картинкой идеального семейного счастья.
Мы не разговаривали с Милтоном о расследовании. Я не хотел портить всем настроение, рассказывая, как меня допрашивали. Я решил, что расскажу ему всё завтра, если эта старая миссис Марпл в мужском обличии не опередит меня.
Общаясь с Милтоном за ужином, я узнал, что он начал ходить в бассейн с Софи. Моя дочь настолько раскрепостилась под влиянием нашего хорошего настроения, что даже рассказала, что поссорилась с Хезер из-за этого. Хезер стала обижаться и ревновать подругу к парню, в итоге совсем перестала разговаривать с Софи. Наша дочь, судя по всему, не особо переживала по этому поводу. Она отзывалась об этом как о детской глупости. Это явно передалось ей от Милтона. Как-никак он был немного старше её, и она старалась соответствовать его мнению об этой ситуации.
Меня не беспокоило, что они с парнем так сблизились. По Мари тоже было видно, что она была довольна преображением нашей дочери как внешне, так и внутренне.
Разошлись мы довольно поздно. Мы с Мари выпили две бутылки вина за ужином. Весьма пьяные, мы пошли спать, даже не прибравшись на кухне. Точнее, мы было начали убираться, но у нас не особо это получилось. Моя жена сказала, что я не умею мыть посуду. А она сама разбила бокал, когда хотела поставить его на своё место, что побудило прийти Софи на шум. Увидев, что мы хихикаем как малые дети, она, пробурчав что-то под нос, ушла обратно к себе в комнату спать. Но я был уверен, что они с Милтоном ещё долгое время будут переписываться в телефонах. Это свойственно всем влюблённым подросткам.
Мы с Мари долго лежали в кровати и разговаривали после бурного проявления нашей вновь вспыхнувшей страсти. Нас не смущало даже то, что Софи могла слышать нас. Мы чувствовали новый прилив нашего влечения друг к другу. Мы вели себя так, будто мы были счастливыми молодожёнами, которые уверены, что их ждёт светлое будущее.
– Как ты думаешь, что происходит с человеком, у которого исполнились все самые сокровенные мечты в жизни? – спросила она.
Мари лежала на боку, подперев голову рукой. Я лежал на спине и смотрел на неё, повернув голову в её сторону. Мне нравилось любоваться её кожей под тусклым светом уличного фонаря. Левую ногу она закинула мне на живот. И я с удовольствием гладил гладкую кожу её бедра.
– Таких людей не существует, – усмехнувшись, сказал я.
– Ну а если существует? Я имею в виду, будет ли счастлив такой человек? Или, может быть, он будет ощущать душевную пустоту?
– Ну, если такой человек существует, то я думаю, что он должен быть совершенно счастливым. Ведь он исполнил всё, что хотел в своей жизни.
Мари задумалась, вглядываясь в окно. Она молчала некоторое время. Но через минуту снова перевела взгляд на меня и продолжила.
– А если его мечты на деле окажутся не такими, как он ожидал? Я говорю про то, что вдруг он поймёт, что в итоге они не доставили ему того наслаждения и счастья, о котором он мечтал.
– Я думаю, что в таком случае он должен чувствовать разочарование. Но никак не пустоту. Мне кажется, что у него просто появится новая мечта. И, скорее всего, она будет кардинально отличаться от старой.
Она внимательно смотрела на меня, пока я говорил это. По её глазам было видно, что она что-то хочет сказать мне, но не решается. Брови её нахмурились, а глаза заблестели от слёз.
Я понял, что это сказывается алкоголь в её крови. Она, должно быть, вспомнила все свои обиды на свою жизнь и на меня. И, как это свойственно подвыпившим людям, начала жалеть себя за свою судьбу.
Я не стал останавливать её. Положив руку ей на щёку, я позволил ей молча выплакать весь груз, что лежал у неё на душе. Она ни слова не произнесла. Уткнувшись в мою грудь, Мари безмолвно плакала.
