Это не сон. Все произошло на самом деле. Я боролась за свою свободу, проливала кровь, убивала за нее.
Лицо Эсмариса стало холодным и жестким, словно он подслушал мои мысли.
– Кто позволил тебе поверить, что ты можешь все это получить? – прошипел он. – Ты ничто.
Мои бабочки появлялись из ничего. Я не боялась быть ничем – быть кусочками стольких незавершенных вещей.
Я знала, кто я такая.
Я поднялась на ноги. Раны на спине перестали болеть.
– Я убила тебя, – бросила я ему в лицо. – И я разрушила твою империю. И мне не нужно больше думать о тебе. Даже в кошмарных снах.
Эсмарис бросился на меня, но я знала, что он ненастоящий. Я прижала палец к стратаграмме на ожерелье и разрушила наваждение.
Открыв глаза, я увидела белые стены. Стояла пугающая тишина. Свет поглощал все тени, отчего камни цвета слоновой кости казались неестественно плоскими. Я не знала, почудилось ли, что резьба на потолке колышется, как листья на ветру.
Я села и огляделась. Передо мной простирался длинный коридор без дверей и окон, без факелов, без звуков. Только свет. Сзади он заканчивался тупиком, впереди виднелся длинный пустой отрезок и поворот налево.
Я посмотрела на свою руку. Золотая метка ярко сияла на ладони, узор неровными движениями перемещался по коже.
Я поднялась на ноги и вцепилась в Иль Сахай, хотя понимала, что оружие вряд ли поможет мне против того, с чем предстоит столкнуться здесь – в месте, играющем жестокие шутки с разумом.
Нужно найти Макса, и как можно быстрее. Приготовившись к худшему, я зашагала по коридору.
Головная боль убивала. Не буду лгать – когда я открыл глаза и увидел знакомый белый камень, испещренный причудливой резьбой, меня едва не стошнило.
Здесь разило смертью. Я лежал, уставившись в потолок, и чувствовал себя немного глупо из-за того, что раньше не понял, что скрывается за этими стенами.
Я сел.
– Здравствуй еще раз.
Горящая девочка улыбнулась мне. Я тут же отвел взгляд и уставился в стену. Кровь шумела в ушах в такт бешено колотящемуся сердцу. Я встал, старательно не отрывая взгляда от камня.
– Почему ты не смотришь на меня? – спросила девочка.
Дыши, Макс. Ты же знаешь, как устроено это место.
Когда я сидел здесь в заключении, меня спас сломленный рассудок. Но даже тогда явления горящей девочки становились кошмаром – такой образ ужасает сам по себе, в любом случае. Но теперь я знал, кто она.
И знал, что я совершил.
Я закрыл глаза и глубоко вздохнул.
– Почему ты не смотришь на меня? – повторила она.
– Рано или поздно мне придется это сделать, – пробормотал я.
Кира. Горящей девочкой была Кира. Я не смог вспомнить ее, когда видел в прошлый раз, – странная разновидность милосердия.
С тех пор как вернулись воспоминания, мне часто снилось, как умирает любимая сестра. Но совсем другое – встретиться с ней лицом к лицу здесь, где все кажется гораздо более реальным.
Она ненастоящая. Это воспоминание. Ты ничего не можешь сделать, чтобы изменить свое прошлое. Ты пришел сюда ради будущего.
Я услышал звук тихих, неуверенных шагов – раз-другой. Треск и щелчки пламени становились все ближе. Она остановилась прямо у меня за спиной.
Я решил, что сейчас повернусь и быстро пойду по коридору. Не стану смотреть на нее. Буду смотреть прямо перед собой, пока не найду Тисаану – настоящую Тисаану, а не ту безумную версию из кошмаров, которую могло подкинуть это место.
Я медленно выдохнул и повернулся.
– Зачем ты так поступил со мной? – спросила горящая девочка.
Она быстро моргала, будто пыталась сдержать слезы, но у нее не получалось. Она стояла так близко, что мы чуть не столкнулись.
Надо продолжать двигаться, пройти мимо. Но я замер.
Потому что передо мной стояла не Кира.
У девочки тоже были длинные черные волосы, но с гладкой волной, а не прямые, как у Киры. И черты лица изменились, хотя я все равно мог видеть сходство с собой. Глаза круглее и не темно-карие, а зеленые – янтарно-зеленые, напоминающие о солнце, которое пробивается сквозь листву.
Какой знакомый зеленый оттенок.
И тут меня осенило: горящая девочка не моя сестра – она моя дочь.
Я приготовился к худшему воспоминанию из прошлого, но и помыслить не мог, что встречу кошмар из будущего.
Я не мог пошевелиться, не мог вздохнуть.
У девочки задрожали губы.
– Почему… зачем ты это сделал?
Реальность изменилась, смешавшись с извращенной логикой мира наваждений. Я посмотрел на свои руки. Их покрывали кровь и пепел.
…Думаешь, у тебя может быть будущее?.. – прошептал голос Решайе. – …Ты думаешь, что заслуживаешь его, после того как не принес ничего, кроме мучений, в свое прошлое?..
Я закрыл глаза, сосредоточился на дыхании. Вдох. Выдох.
Все, что я сейчас вижу, – ненастоящее. Я в Илизате. Однажды я уже сумел здесь выжить.
Я открыл глаза.
Я посмотрел на девочку по-настоящему, хотя больше всего на свете хотелось отвести взгляд. Черты ее лица слегка менялись каждый раз, когда я моргал, словно перебирались различные комбинации будущего. Единственное, что оставалось неизменным, – зеленые глаза.
