Монстры продолжали неторопливо надвигаться на наши позиции. Пока мы не открыли огонь, особой агрессии они не проявляли. Но просто так подпускать их совсем уж близко тоже не стоило. И сейчас нужно было спровоцировать мантикору на решительные действия. Все остальные монстры гораздо медленнее ее. А нам эту летающую огненную фурию нужно было обработать до подхода остальных тварей.
Я проверил резервуар энергии пустоты и, убедившись, что ее хватит на заклинание нейтрализации магической защиты, взял рацию и отдал короткий приказ:
— Огонь!
И в следующую секунду раздался грохот совместного залпа из многих орудий. Огонь был сосредоточен исключительно на мантикоре. Надо было попробовать уже на этом этапе пробить ее магическую защиту.
Монстры ринулись в атаку. И быстрее всех была, как я и ожидал, мантикора. Она стремительно взмыла вверх и, захлопав большими кожистыми крыльями, понеслась на наши позиции. Летела зверюга по прямой, никуда не сворачивая.
Поскольку оператора-мага сейчас рядом не было, то монстры выполняли самый простой приказ: добраться до определенной точки и всех там уничтожить, а потом следовать дальше и повторить то же самое с моей усадьбой и поселком. Во всяком случае, мне казалось, что именно такие указания они получили от мага.
Полет мантикоры был стремительным. Мчалась она немного левее меня. И для меня сейчас самым важным было не промазать. На второе заклинание нейтрализации у меня просто не хватит энергии. Как не хватало ее изначально на чары подчинения, которые были предпочтительнее в этой ситуации.
Я задержал дыхание и сосредоточился на цели. Течение времени тут же ощутимо замедлилось. Мир мгновенно схлопнулся до узкого туннеля. На одном его конце был я, а на втором медленно летящая над землей мантикора. Я отдался в волю рефлексам, выработанным в течение прошлой жизни. Тогда я часто имел дело с магией, а в особенности с заклинаниями, которые требовали тщательного прицеливания и сосредоточения на объекте.
Прицелившись и приняв в расчет скорость движения монстра, я выстрелил серым сгустком, который стремительно понесся наперерез крылатому льву, извергающему языки пламени. И тут у меня внутри все похолодело. Я не рассчитал скорость заклинания. Оно, хоть и летело довольно быстро, но все-таки уступало заклинанию огненного шара, которым я руководствовался при расчете траектории полета своих чар. Мантикора мчалась слишком быстро. Мой серый сгусток явно не успевал в нее попасть.
Я понял, что это провал. Мы не сможем одновременно отражать атаки и с земли, и с воздуха. А если учесть, что мантикора может всех нас спокойно поджарить, то ситуация вырисовывалась совсем плачевная.
И сейчас, как бы мне этого не хотелось, пора отдавать приказ к отступлению основных сил, чтобы сберечь хотя бы их жизни. Ну а я уж как-нибудь задержу, если не мантикору, то хотя бы вон ту троицу, что неуклюже пересекала нашу засеку. Приятно будет перед смертью еще раз ощутить мощь огненного тигра — это непередаваемое ощущение бьющей через край силы и бесконечной свободы.
Все это пронеслось в моей голове за доли секунды, пока я следил в условиях замедлившегося времени за тем, как мантикора уже вот-вот успешно минует траекторию полета моего заклинания.
И вдруг мой шрам полыхнул огнем, а из моих уст раздался чужды гортанный и громоподобный выкрик:
— Акрриист!
Мантикора громко захлопав крыльями зависла в воздухе и уставилась на меня своими стеклянными, полными ярости глазами. Хотя, на миг мне почудилось, что в ее взгляде мелькнуло удивление и… узнавание. А в следующее мгновение серый сгусток врезался в мускулистую тушу зверя.
Тут же время потекло со своей обычной скоростью. Я быстро схватил рацию и еще раз приказал:
— Огонь по мантикоре из всех стволов.
А сам бросился бежать, чтобы еще больше удалиться от зоны обстрела. Одновременно с этим я услышал, как вновь забухала пушка БМП. А через секунду раздался выстрел из ПЗРК. На результативность огня оглядываться было некогда. Мне требовалось преодолеть еще хотя бы метров пятьдесят с максимально возможной скоростью. И только тогда можно будет спокойно оценить обстановку и подумать над дальнейшими действиями.
Позади меня раздался дикий рык мантикоры. Он был исполнен ярости и боли. А потом я почувствовал, как совсем рядом со мной содрогнулась земля. Я решил, что это мои бойцы бахнули чем-то тяжелым в попытке добить летающего льва. И моей естественной реакцией было мгновенно упасть лицом в землю, чтобы по возможности уйти от осколков, если не этого снаряда, то вероятных последующих.
Стараясь не поднимать голову, я, как мог, быстро оглянулся назад и замер от неожиданности. В десяти метрах от меня стоял раненный монстр. Все его крылья были изрешечены осколками, а одно из них неестественно вывернуто вверх.
— Отлеталась тварюга, — процедил я сквозь зубы и, перевернувшись на спину, повернулся к мантикоре лицом.
