Ментор черного паука полностью

– И стану я мейлори для тебя, как часть твоя, как плоть твоя, кровь твоя, разум твой и страхи твои.

Я закашлялась, едва успев договорить. Красноватый дымок стал впитываться в мои пальцы, пробегая по венам рук и подсвечивая их алыми огоньками изнутри. Зрелище завораживало, и я поняла, что так кровавая магия проникает в моё тело.

– Покоряюсь воле твоей и принимаю тебя, ментор чёрного паука.

Я посмотрела на ментора. Заклятие принятия?! Ну конечно. Сирена рассказывала про него. До меня только сейчас дошло, что мы не сможем разорвать связь. Больше нет в мире кровавого мага, способного это сделать. Теперь мы завершаем древний родовой ритуал принятия менторства, после чего к магистру Десенту вернётся магическая сила. И он всю жизнь будет рядом со мной.

Всё внутри противилось этому.

– Повторяй! – приказал он.

– Должен быть выбор! – прокричала я свой последний, слабый аргумент. – Выбор есть всегда, ты сам говорил!

Из раздвоенной вершины вулкана вытекла струйка лавы. Нас обоих метало из стороны в сторону и подбрасывало в воздух. От падения в ущелье меня отделяли всего несколько метров и сильные руки магистра Десента, всё ещё каким-то чудом удерживающие нас обоих у обломков хижины.

– И он есть у тебя, Юна. Твой выбор сейчас – принять ментора или умереть, – он подтянул меня ближе к себе. – Ты выбираешь смерть?

Конечно, я не выбирала смерть. Ни свою, ни своих друзей. Никто не выбирает смерть, когда есть другой выбор.

– Покоряюсь воле твоей и принимаю тебя, ментор чёрного паука, – закончила я клятву.

– Eman michi'tum del Tolmund, – произнёс магистр. – Повторяй!

– Eman michi'tum del Tolmund, – я помнила это с занятия магистра Риина, поэтому повторила почти наизусть, только заменив имя бога.

Огоньки под моей кожей щекотно пробежали по руке, прыгнули на шею и по лицу поднялись к макушке. С последним словом воззвания они погасли. Я почувствовала прилив сил, подтянулась к дверному косяку и крепче схватилась за него. Теперь уже я удерживала магистра, а не он меня.

– Sol del somni, – повторил уже знакомое мне заклинание магистр Десент. – Eman michi'tum del Rewd!

Круги вокруг его рук засветились особенно ярко и погасли, как только он воззвал к Ревду. Тряска почти мгновенно прекратилась, и вулкан успокоился, перестал плеваться дымом и лавой. Я всё ещё крепко держалась за уцелевшую часть хижины, ожидая новых толчков. Но их не последовало.

Гул и скрежет утихли, и слышались только рваные завывания ветра. Я не могла поверить, что всё закончилось настолько быстро. Воздух был плотным от пепельной пыли и смога, но вокруг стало непривычно спокойно.

Магистр Десент, пошатываясь, встал. Выглядел он не лучше шахтёра – такой же грязный, с чёрными от пепла волосами и угольными разводами на коже. Должно быть, я сейчас была такой же. Мне подумалось, что мы могли бы прикинуться камнями на этой чёрной драконьей скале, и никто бы нас никогда не нашёл.

Воздух быстро остывал. Настойчивый ветер забирался под одежду и охлаждал влажную от пота кожу. Ночь рассеивалась, и первые осторожные лучи рассвета пробились сквозь густую завесу дыма.

Слова клятвы звучали у меня в мыслях, озаряя осознанием произошедшего. Мы завершили ритуал, которого так старательно избегали.

Ментор чёрного паука подошёл к краю пропасти.

Я осторожно поднялась. Удивительно, но чувствовала я себя превосходно. Несмотря на переезд, бессонную ночь, голод и ужасающие события, которые мне пришлось пережить, я была полна сил, а мой разум оставался ясным и чистым.

Глубокое ущелье у наших ног было укрыто дымкой тумана, который скрывал всё, что в нём исчезло. Я смотрела вниз, в молочную бездну пропасти, в которую канула Чахи, и думала о том, что никогда не видела мир таким. Мир, в котором ничего не стоит любая жизнь, кроме твоей собственной. Эта реальность казалась чуждой, и мне было невыносимо становиться её частью. Как будто кто-то могущественный диктовал свои правила, по которым я обязана была жить и действовать. Мне не хотелось по ним играть. Мне хотелось изменить эти правила. И хотелось изменить Квертинд. Я вспомнила о Кирмосе лин де Блайте. Могущественном кровавом маге, который хотел стать нашим королём. Сколько раз ему приходилось убивать? Сколько стоила для него чужая жизнь? Сто лирн? Двадцать? Или ничего? Сколько раз ему приходилось делать трудный выбор между жизнью и смертью или… смертью и смертью?

Я посмотрела на своего ментора. Он тоже вглядывался в пропасть, размышляя о чём-то своём. Когда-то давно моя мать связала меня заклятием с этим человеком. Возможно, у неё были причины для такого выбора. Возможно, она знала, что он поможет мне отомстить за неё. Какие бы тайны он ни хранил и как бы ни хотел отменить заклятие, он всё же не смог ничего изменить. И теперь ему оставалось только одно: принять свою судьбу, как я приняла своего ментора.