Я опустила глаза и уткнулась взглядом в обложку учебника, что лежал поверх стопки, которую я всё ещё держала в руках. Слова на языке Древних волхвов были непонятны, но я делала вид, что изучаю их.
В Церемониальном зале темнота скрадывала силуэты, свечи в роскошной нефритовой люстре не горели, и цвета факультетов на скамейках было не разобрать. В затхлый и пыльный зал проникала только полоска солнечного света от приоткрытой створки одной из массивных дверей. Когда я уже почти выучила наизусть непостижимое название с потёртой обложки, Джер забрал у меня свои книги.
– Ну, иди, – кивнул он на самый большой и точный детерминант Шарля. – Мы же за этим пришли?
Я неуверенно подняла взгляд. Сложно было сказать, какое настроение у Джермонда Десента, но мне показалось, что оно потеплело. По крайней мере, сейчас это был точно мой ментор.
Львы, подпиравшие детерминант в центре зала, с момента нашей первой встречи видели меня уже много раз. Теперь это были четыре нефритовых свидетеля моих успехов.
Я коснулась стекла, и в огромном прозрачном пузыре немедленно забегали яркие зелёные молнии, прячущие в своей массе красную прожилку.
– Кажется, стало больше с прошлого раза, – завороженно поделилась я наблюдениями. – И ярче. Это ещё не второй порядок?
– Ещё нет, – ответил Джер. – Но уже скоро.
Вторая ладонь хлопнула по детерминанту, и теперь я словно держала его в руках, помогая львам. К сожалению, ни яркости, ни количества молний не прибавилось. Но я всё равно была счастлива видеть целых две стихии, покорно бегущих от центра шара к его поверхности. Они льнули к пальцам, признавая меня своей хозяйкой. Я всматривалась в их глубину, околдованная игрой магического света. В гладком прозрачном отражении увидела своего ментора, и мне показалось, что он улыбается.
– Давай ты, – вдохновлённо развернулась я, отлипая от шара. – Ослепи меня своим пятым порядком склонности Ревда!
– Мы здесь ради твоих достижений, – он положил книги на ближайшую лавку и прислонился спиной к закрытой двери. – Не моих.
– Ну, давай же, прикоснись! – возбуждённо настаивала я. – Прошу тебя! Иначе я не отстану!
Он ещё немного постоял у двери, решая. Потом подошёл и прикоснулся к моей шее, очерчивая пальцами каждую паучью лапку знака соединения.
Я вздрогнула от щекотки.
Никто никогда ещё не прикасался ко мне вот так, без необходимости или цели. Это было настолько волнительно и одновременно пугающе, что я замерла.
Наверное, если бы я была прозрачной, как детерминант, маленькие лучи магии непременно прильнули бы к его пальцам откуда-то из центра моей груди.
Джер прижал к моей коже всю ладонь, как к реальному детерминанту, а потом резко развернул и обхватил рукой шею, сдавив горло. Я начала задыхаться и колотить ногами по полу, только усугубляя своё положение.
– Вы позволили себя отвлечь, студентка Горст, – прошептал он и больно оттянул назад мои волосы. – Вы потеряли бдительность, а с ней и шанс на лёгкую победу.
Я попыталась схватить его за затылок и оттащить от себя, но из-за волнения никак не могла сосредоточиться и приложить нужную силу. Ладони соскальзывали, и в итоге я просто бессмысленно махала ими в попытке высвободиться.
Когда воздуха стало совсем мало, я скорее инстинктивно впилась пальцами в его руку, отдирая её от своего горла. Но это тоже не принесло успеха, потому что хватка была очень крепкой. Тогда я просто расслабилась, позволяя ему душить меня.
– В прошлый раз у тебя получилось лучше, – он уменьшил давление, разрешая вдохнуть.
Я быстро ухватила его голову двумя руками, упираясь в колючий подбородок, и отвернула от себя. Он качнулся, потеряв равновесие, но устоял. Я отлетела от него на достаточное расстояние, чтобы успеть сориентироваться в случае следующей атаки.
– В прошлый раз мы были на тренировке, – прохрипела я обиженно, жадными глотками хватая воздух.
– Пригласишь своего врага на тренировку, чтобы успеть среагировать? – рассмеялся Джер, поднимая книги. – Предложишь ему составить список планируемых грязных приёмов?
– Я ещё научусь, – возразила я. – И бдительность никогда не теряю. Даже с Сиреной. Вдруг она вонзит в меня реальную шпильку вместо словесной? Только от тебя я не жду внезапного нападения.
– Очень зря, – пожурил он, скрываясь в солнечном свете за дверью. – Меня бы стоило бояться в первую очередь.
– Теперь буду, – обиженно кинула я вслед и потёрла пострадавшего паука.
***
Солнце всё ещё светило над Кроуницем, и серые дома отбрасывали на гладкую мостовую непривычные для этих дорог тени. Лёгкий мороз щипал щёки, но снега в этой части города не было совсем, поэтому легко можно было подумать, что сейчас конец осени. Ветер доносил солоноватый запах моря, играя полами мантий и плащей встречных прохожих людной улицы. По краю крыш двухэтажных зданий, что напирали с обеих сторон, светились ряды мелких огоньков, напоминающих снежинки. В дневном свете они были едва различимы, но наверняка вечером создавали праздничную радость.
