– На восстановительные сборы едем в твой любимый Оберстдорф, – улыбнулся Евгений, и в его обычно холодных глазах появился живой блеск. Он знал, как сильно Алиса обожала эту базу в Баварии. И сам был к ней неравнодушен. За время карьеры они видели разные гостевые дома, разные катки, но Оберстдорф был одним из самых запоминающихся. Как минимум потому, что у местного катка одна из стен абсолютно прозрачна и, нарезая круги по льду, невозможно не отвлекаться на потрясающие виды предгорья Альп. И, как максимум, из-за прекрасной природы, в объятиях которой спортсмены оказывались, как только выходили на улицу. А про невероятно уютные домики в тирольском стиле не стоило и говорить…
– Куда?
– Оберстдорф, – медленно, практически по слогам, пояснил Евгений.
Губы Алисы оставались приоткрытыми. Она опустила глаза на лёд и пыталась собраться с атаковавшими воспоминаниями и предположениями.
– Ты не рада? Ты ведь знаешь, как сложно выбить эту базу в межсезонье…
– Я знаю, – почти шепотом ответила Алиса.
Но и Мельников знал о том, как Алиса обожает это место. Как обожает сладкий альпийский воздух. Как вдохновлялась необыкновенным катком. Как скучала по Оберстдорфу…
И сейчас у Калининой не оставалось сомнений в том, что это его рук дело.
– Мне нужно в Федерацию, – решительно кивнула она, поднимаясь со льда и, не дожидаясь реакции Жени, поспешила покинуть лёд.
– А тренировка? – напомнил Громов, вставая со льда. Вся задняя часть рубашки была мокрой и её необходимо заменить на тренировочную футболку. Иначе в скором времени олимпийский чемпион мог бы познакомиться со своим участковым пульмонологом, застудив легкие.
– Я без тебя тренировалась, – донеслось с борта катка. – Теперь твоя очередь!
Алиса лишь немного расшнуровала коньки, торопливо стягивая их со ступней, а затем убежала в раздевалку, оставляя Евгения в ощутимом недоумении.
Через час Алиса уже быстро перебирала ногами в пустом длинном коридоре. На ходу расстегнув кожаную куртку сливового оттенка, она расслабила и шарф, которым была укутана шея. Несколько раз Алиса отстранено и с напряженной улыбкой здоровалась со спортивными чиновниками и коллегами, что попадались ей навстречу, не переставая чувствовать, как внутри борется решительное желание поговорить с Арсением и едва контролируемый страх в результате этого разговора потерять его окончательно.
Остановившись на несколько секунд перед дверью в кабинет, Алиса сделала глубокий вдох и на мгновение сжала ладони в кулаки, пытаясь унять мелкую дрожь. Ещё один вдох и медленный выдох. Это всегда помогало снять мандраж перед прокатом, но сейчас помогало едва ли.
Алиса обхватила пальцами ручку двери и толкнула её, но с удивлением обнаружила, что дверь заперта. На Мельникова это было не похоже. Обычно он никогда не закрывался в кабинете.
– Секунду! – раздалось изнутри вкупе с приближающимися шагами.
Алисе хватило одного лишь слова, чтобы понять, что голос этот принадлежит не Арсению. Остатки решительности рассыпались на крошечные, не подлежащие воссоединению, частицы. В груди зарождалось плохое предчувствие. Через секунду дверь открылась, и на пороге Алиса увидела молодого мужчину. Поймав на себе его неприятный, изучающий взгляд, она поняла, что где-то его уже видела. Он определенно не так давно закончил карьеру, и они пересекались на соревнованиях. Вот только имени не могла вспомнить…
– Где Арсений Мельников? – борясь с дрожью в голосе, поинтересовалась она.
Мужчина хитро прищурил светло-карие глаза с желтоватым оттенком.
– Вы ведь не входите в его круг… – тонкие губы новоиспеченного чиновника изогнулись в самодовольной ухмылке. – Интересов. Вы из Москвы.
– Это не ваше дело, – огрызнулась Алиса. – Где Арсений? Что вы забыли в его кабинете?
– Понятия не имею, где он, – собеседник по-хозяйски прислонился плечом к дверному проему. – Он уволился по собственному желанию. А я временно исполняю его обязанности.
Пока Алиса с трудом могла переварить услышанное, он указал рукой на табличку возле двери, где после указания должности члена исполнительного комитета по Ленинградской области вместо «Мельников А.А.» красовалось «Куликов С.К.».
– Куликов? – прочла она вслух, вновь заставляя Станислава неприятно улыбнуться. Не каждый день выпадала возможность упиваться растерянностью трехкратной чемпионки мира.
– Станислав Константинович, – с приторной вежливостью добавил он.
– П-простите, – Алиса нервно обмотала вокруг шеи шарф и поспешила уйти как можно дальше от этого человека. С каждым шагом она шла всё быстрее. Возле выхода из здания и вовсе почти перешла на бег.
Выйдя на улицу, где вновь моросил неприятный дождь, Алиса достала из кармана телефон, набирая Арсения. Откладывая их разговор до последнего, она, похоже, дотянула до точки невозврата. Уже слишком поздно что-то выяснять.
Или нет?..
Гудки тянулись целую вечность, и Калинина была уже почти уверена в том, что Мельников не ответит, но…
– Слушаю…
Алиса на мгновение прикрыла глаза, облегченно выдохнув. Он ответил. Это уже неплохо.
