Между нами лёд. Книга 2 полностью

– Иди сюда, – Евгений улыбнулся, чуть расправив руки в стороны. Калинина округлила глаза, поражаясь подозрительно нежному порыву Громова, и мысленно подметила, что это наверняка влияние Тани.

– Поесть пришли или пообниматься? – раздался чей-то недовольный голос сзади. – Двигаться будем, нет?..

Алиса с Женей нашли свободный стол неподалеку от телевизора, висевшего на стене. Как только они принялись за еду, рекламная пауза по спортивному каналу сменилась продолжением интервью.

– Дорогие телезрители, напоминаю, что мы находимся в прямом эфире, а в гостях у нас сегодня Олимпийская чемпионка Татьяна Алексеева и её тренер, чемпион мира в мужском одиночном катании Арсений Мельников.

Евгений и Алиса одновременно повернулись, увидев на экране знакомую студию и не менее знакомых людей. Таня и Арсений сидели напротив молодой журналистки и отвечали на вопросы. Небольшой отдых сказался на Тане положительно. Она, облаченная в легкое весеннее платье пудрового оттенка, смотрелась свежо. На щеках был заметен легкий румянец, и это на мгновение порадовало Евгения, не знавшего о том, что это всего лишь умелая работа визажиста, а не признак улучшившегося здоровья. Но что огорчило Евгения, так это отсутствие подвески. Похоже, Таня действительно её не носила. И она для неё ничего не значила.

– Вы долгое время были членом исполкома Федерации по Ленинградской области, – напомнила журналистка, обратившись к Арсению, – вы были далеки от непосредственно фигурного катания…

– Да, – кивнул Мельников и, улыбнувшись, поправил очки, съехавшие к кончику носа, – долгое время моим «коньком» была нудная бюрократическая работа.

Ведущая программы вместе с Татьяной рассмеялась после уместной игры слов.

– Что заставило вас вернуться на лёд? Многие спортсмены становятся тренерами сразу же после окончания карьеры, но вам потребовалось много времени.

– Карьеру я закончил в семнадцать. Не думаю, что в том возрасте я был способен кого-то тренировать. Позднее я задумывался о карьере тренера, но каждый раз не находил в себе смелости для этого.

– Что помогло найти её сейчас?

– Одна моя знакомая, – начал Мельников, мечтательно улыбнувшись, – окончательно убедила меня в том, что я ещё многое могу сделать для любимого вида спорта.

– Знакомая? – сорвалась Алиса, откинув вилку на стол и заставляя Громов непонимающе округлить глаза. – Нет, – тише добавила Калинина, опуская голову вниз и боясь, что может как-то себя сдать, – мне просто интересно, что это за знакомая такая…

– Мне тоже интересно, – задумчиво произнес Евгений, вновь повернув голову к телевизору. – Не Таня ли это была…

– Таня? – грустно улыбнулась Алиса, дернув плечами и не отрывая взгляда от тарелки. Смотреть на Мельникова, такого красивого и счастливого, было невыносимо. Даже несмотря на то, что они помирились, и он периодически приезжал поздно вечером после своих тренировок. Но чем ближе было начало сезона, тем больше Арсений уходил в мысли о подопечных и учебе в университете.

– Вы оба знаете, каково это – соперничать с Евгением Громовым, – продолжила журналистка, – однако Татьяне повезло чуть больше – она ещё и работала с ним в паре. Получается, вы должны знать его слабости? Может ли это помочь?

– У Жени нет слабостей, – с улыбкой, дававшейся крайне тяжело, ответила Таня. Однако какая-то едва уловимая грусть всё же успела проскользнуть во взгляде.

Громов горько ухмыльнулся. Существование у него слабостей опровергла самая главная слабость в его жизни.