Аранту снилось, будто он стоит у кузнечного горна и сам кует себе меч, а рядом смешно подпрыгивая на тонких лапах крутится мохнатый темно-синий шарик, то раздувая меха, то пытаясь подать клещи, при этом не переставая поучительно ворчать, отчего-то голосом Амаро Ларса:
— Это у тебя не меч получится, а дерьмо харфа! В основе хорошего меча обязательно должна быть Тьма и пара-тройка душ воинов!
— Где я, по-вашему раздобуду все эти вещи? — возмутился Арант, отвлекшись от заготовки.
— А, паршивый из тебя стало быть генерал, раз за целую войну, даже парой душонок не запасся…
От такого заявления Арант проснулся. Сон улетучился, но ощущение кузни осталось. В доме было душно и очень жарко. Отбросив влажное одеяло, он поднялся, смахнул со лба капли пота и вышел из комнаты.
Дерс младший сидел на полу, прижавшись спиной к нещадно натопленной печи, кутаясь в шерстяной плащ. Арант качнул головой. И о чем он только думал, предлагая сыну перевод в нормальный гарнизон? Подобная проблема, будет бросаться в глаза куда сильнее, чем спрятанное от взгляда Скома лицо… Впрочем, с теми сведениями, что он уже добыл, можно зачислить в какую-нибудь разведроту… Навыки для разведки самые подходящие, а главой разведки после войны был назначен Рамарос, он сумеет войти в положение, и обеспечить приемлемые условия для жизни с такими проблемами… Или даже новое подразделение сформировать… особое! Почему бы и нет? Своими подвигами сын, звание капитана, вполне заслуженно, заработал. Выдать ему десятка три… или даже полсотни парней по смышленнее в подчинение, пускай книжки древнеимперские изучают все вместе, и думают, что Империя современная с остатков Древней может поиметь, с учетом способностей Рико… Карьерный взлет и признание заслуг императором обеспечены, даже без скидки на фамилию…
Все эти мысли пронеслись в голове главнокомандующего за каких-то пару мгновений. Рико, заметив отца, вскочил на ноги, пряча в карман черный камешек:
— Увлекся просмотром, — виновато пояснил он, — не заметил вашего пробуждения. Желаете позавтракать?
— Да, пожалуй, — задумчиво согласился Арант, — о чем, позвольте поинтересоваться, вам, древние, на этот раз поведали?
— Об устройстве нынешнего человеческого мира, — вздохнул юноша, и принялся возиться с кухонной утварью, — пытаюсь понять, отчего Четверо светят не так как они задумывали…
Дерс старший хмыкнул:
— И как же они задумывали?
— Вперво, вам следует понимать, отец, что Четверо — это не покровители. Служители храмов лгут… Хотя, быть может они и сами того не знают…
Арант грустно улыбнулся и покачал головой:
— Нет, мой мальчик. Вперво ВАМ, следует учитывать весьма строгий кодекс служителей, а также законы Империи существующей, — он с нажимом произнес последнее слово, сделал паузу, чтобы дать понять сыну разницу, и продолжил, — по которым, за обвинение во лжи, служителя, любого из Небесных Покровителей, полагается наказание розгами, тогда как хула на любого из Четверых карается… в большинстве случаев смертной казнью. Посему, я настоятельно советую вам, быть осторожнее с подобного рода сведениями, и в десять раз осторожнее с произношением вслух, подобных речей.
Рико помолчал некоторое время, принюхиваясь к аромату запекаемых алфаровых лапок, затем уверенно кивнул:
— В целом, я вас понял, отец, но мне все равно, — он завернул рукав, предъявляя руны на запястье, — идентификатор. Я официально являюсь подданным Древней Империи. Моя душа закреплена за пятнадцатым реаниматорм Тальдора, и в случае уничтожения моего тела, он в течении часа воссоздаст его точную копию. А с учетом моих способностей, уже через час после казни, я смогу появиться в любом доступном мне для перемещения месте. Я был там, и могу вас уверить, он до сих пор исправно работает.
Арант глубокомысленно закатил глаза и требовательно протянул руку:
— Позвольте…
Внимательно рассмотрев запястье сына под разными углами, Дерс старший потер пальцем руны, убедившись в том, что столь простым способом от них не избавиться, и спросил:
— Стало быть наличие этих надписей гарантирует вам бессмертие?
— Не совсем, — терпеливо пояснил Рико, — я ведь объяснял вчера: надпись — это всего лишь видимое для человеческого глаза отражение сведений, содержащихся в каждой капле крови. В данном случае моей. Это как документы подтверждающие личность.
Арант отпустил руку сына, нервно побарабанил пальцами по столу и напряженно предположил:
— Надо полагать, об этой особенности известно всем гвардейцам Рангарской крепости… и вероятно еще и жителям деревни?
— Нет, — ответил Рико и отвернулся к печи, спеша спасти прогорающее мясо, — я сам все это выяснил только несколько дней назад. Разве что полковнику Ларсу и капитану Иртасу известно все то, что я вчера при вас рассказывал, но надпись впервые показываю только вам.
— Это хорошо, — кивнул Дерс старший, — пусть так и остается. Подобные знания куда опаснее хулы на Четверых… Однако неужели ее раньше никто не заметил?
