Он решительно кивнул своим мыслям, но весь боевой настрой сбил, внезапно образовавшийся рядом, большой поток, отчетливо видимый, как во время Дрожи. Из него до головокружения сильно пахнуло чем-то уютным, близким, и до боли родным, но давно забытым… Рико с сомнением оглянулся на силуэты защитников, до сих пор не покинувших главного зала, и решив, что до завтра его все равно искать никто не будет, встал и потянулся к потоку, отчаянно пытаясь вспомнить что же может ТАК пахнуть…
Молодой человек, с тщательно зачесанными назад, темными волосами, с холеным лицом, в сюртуке из дорогого сукна, излишне пафосно поклонился и торжественно произнес:
— Господин Дерс! Его милость граф Тогер, передает вам, свое искреннее восхищение, и выражает надежду на то, что вы, — он оглянулся, высокомерным взглядом, измерив всех присутствующих, — и ваша свита, не побрезгуете приглашением, скоротать сегодняшний вечер в поместье его милости. Мне поручено проводить вас, если вы соизволите согласиться.
— Соизволим, и не побрезгуем, — ледяным тоном сообщил Арант, рассматривая порученца, как жука, под увеличительным стеклом, — однако, сделайте одолжение сударь, покиньте шатер, и ожидайте нас у разъезда дороги… Моей хм… «свите» потребуется время, чтобы собраться. А вам, компанию составит мой адъютант. Иртас, будьте любезны…
Кардо Иртас, торопливо шагнул вперед, и резко поклонился, ударив кулаком в грудь:
— Да, господин главнокомандующий! — громко отчеканил он, и выжидательно уставился на порученца графа Тогера.
— Ожидаю с нетерпением, — учтиво кивнул порученец, и вышел. Кардо последовал за ним практически шаг в шаг.
Этот не отстанет. И увидеть лишнего не даст, и о каждом постороннем движении потом доложит. Крайне старательный юноша, даром, что племянник императора! Преданный как лирец, восторженный как щенок, на блистательного генерала и раньше смотрел, как на идола в храме Четырех, а уж после даргинской осады и вовсе каждый жест Аранта, воспринимал как приказ, требующий немедленного исполнения. Впрочем после той осады, на него весь Даргин смотрел такими глазами… Смешно. Все эти люди, наивно полагали, что столь яростно сражаясь в первых рядах, и успевая отметится на каждом проблемном участке, он защищал их. А ему просто отчаянно хотелось мести.
Жалкие, нищие и неорганизованные баронские выкидыши, не продержались и двух недель, против ловчих команд Рамароса и регулярных вылазок из города Аранта. Это можно было назвать быстрой, хотя и достаточно кровавой победой. Правда большинство потерь пришлось, как он и рассчитывал, на охотников. Потом был Лартош, где генерал-главнокомандующий даже не стал дожидаться осады. Просто вывел все войско сразу, и в грандиозном сражении, полностью разгромил лоргов в их собственном лагере. Как будто какой-то барьер сорвало в сознании Аранта в Даргине.
Он почти перестал думать об осторожности. Утопая в жажде крови, он не щадил ни себя ни других. Рвался в бой не считаясь с потерями, а в ответ, вместо упреков, получал лишь очередные напоминания о своем «героизме», и вдохновенно-преданные взгляды выживших имперцев. Положив под Лартошом три четверти собственных воинов, он как бешеный пес загонял остатки бежавших лоргов.
К тому времени наконец-то подошли подкрепления из дальних и ночных гарнизонов, и Арант, без ненужных рассуждений и советов, скорым маршем выдвинулся вглубь королевства. Лишь отправил в Идару краткий отчет о проведенном сражении, и уведомив об изменении характера войны с оборонительного на наступательный, не стал дожидаться ответа. В конце-то концов главнокомандующий Имперской армией имеет право принимать подобные решения единолично.
Он и принял. И оказался прав в своих предположениях о том, что поставив все на удар по Империи, Сьенар Первый совершенно оголил оборону собственных городов. Имея лишь треть от тех сил, что были изначально собраны в Лартоше, Арант за каких-то два месяца лавиной прошелся по всему королевству, выйдя к самому побережью, а до окончательной победы осталось лишь взять Альмеру, заставить Сьенара подписать отречение, в пользу императора и официально признать королевство одной из провинций Империи.
О чем Сьенар договорится с Лукардом позже, Аранта уже абсолютно не интересовало.
И вот сегодня утром два полка имперской кавалерии и сводный отряд охотников, числом около двух тысяч, пожелавших после даргинской осады, продолжить участие в кампании на штатных условиях Имперской армии, встали лагерем в тридцати верстах от Альмеры, в ожидании подхода основных частей. А в первом часу Веда к ним уже заявился этот непонятный молодой человек, представившийся порученцем графа Жозе Тогера…
От размышлений его отвлек голос Керро Нелекса:
— Кхм… господин главнокомандующий… быть может не нужно столь опрометчиво соглашаться на подобные приглашения?
