Рассказывают, что однажды два брата повстречали мать воды. Старший брат, пастух, смелый и красивый, полюбился ей, и забрала она его с собой под воду. Его овцы прыгнули за ним и превратились в рыб. Тем временем младшего брата, музыканта, ослепила красота богини и исходивший от нее свет. Лишившись зрения, долгие годы был он вынужден странствовать и жить подаянием. О его беде поведал старшему брату дух — покровитель овец Аймуш и подсказал, как можно незрячего исцелить: добыть у матери воды камень в форме яйца. Старший брат взял камень, вышел на берег, а за ним выбежали рыбы, снова превратившиеся в овец. Волшебным камнем протерли глаза младшего брата — и он снова прозрел. Дамметир, пересчитывая своих рыб, заметила, что нескольких не хватает, и обнаружила пропажу. Разгневанная, пожаловалась она богу-громовнику Элие, и тот поразил старшего брата молнией.
Чувашский шыври
Выглядит шыври как человек (но может оборачиваться большой рыбой или черной собакой), живет в каждом водоеме: в реках, озерах и даже колодцах на самом дне стоит его деревянный дом. Завидев человека, шыври исчезает. Бросая в воду кусочек хлеба, люди надеялись на помощь духа в рыбной ловле.
С точки зрения мифологического мышления огонь — стихия двойственная. С одной стороны, он спасает людей от холода, дает возможность готовить пищу, отпугивает хищных зверей, то есть приносит несомненную пользу. С другой — это опасная и грозная сила. Потому духи огня считались могучими и важными: их всячески задабривали, показывали им уважение (например, было много правил, чего нельзя делать с огнем, чтобы его не оскорбить и не разозлить).
Огонь также одновременно относится и к миру природы, и к домашнему хозяйству. Люди верили, что духи огня могли даровать удачу на охоте или защитить от диких зверей. И они же нередко были воплощением очага (центра дома, вокруг которого собирается вся семья) и потому очень близки к домашним духам.
Нанайский Подя
Нанайцы воспринимали огонь одновременно как добрый и опасный. У них даже есть о нем загадка: «Чего боятся все живые существа на свете?» Огонь нельзя было обсуждать, говорить о нем вслух. Запрещалось плевать в него или «колоть» (например, втыкать в костер что-то острое). Пугали, что если наступить на старое кострище или перешагнуть головешку, то ноги заболят. Детям не позволяли играть с огнем, разжигать или тушить его (впрочем, это действительно опасно!).
Духов огня представляли в виде маленьких человечков, или старой женщины в красном халате, или старика с многочисленным семейством. Считалось, что духи огня постоянно голодные и мерзнут, поэтому нужно подкладывать в огонь новые поленья.
Чтобы умилостивить огонь, его постоянно кормили, бросая первые кусочки пищи в домашний очаг или в костер во время лесных походов (а вот бросать туда огрызки или кости строго запрещалось). Обычно это делал самый старший в семье или среди пришедших в лес охотников. Если огонь после такого угощения вспыхивал, считалось, что он доволен и взамен даст людям удачу, например хороший улов рыбы или успешную охоту.
Марийская Тул-ава
Это женский дух огня: «тул» — по-марийски «огонь», «ава» — «мать». Считалась защитницей от пожара, болезней, несчастий. Чтобы не разозлить мать огня, запрещалось разбивать угли в очаге, ведь, по поверьям, там находятся ее дети. Нельзя было ругаться при огне или готовить еду, когда злишься. Если огонь внезапно погас, в этом видели дурное предзнаменование.
Бурятские Сахяадай-нойон и Сахала-хатан
Воплощение огня в виде рыжеволосого старика и его жены. Их имена происходят от бурятского слова со значением «блеснуть» (как молния) или «высечь» (как огонь с помощью огнива).
Огниво — это приспособление для получения огня, старинная «зажигалка». Состоит из куска твердого камня и металлической пластинки: от их ударов друг о друга появляются искры.
Покровители семьи и деторождения: у этих духов просили даровать «счастье на детей». Раньше перед свадьбой жених приезжал к родителям невесты и задабривал огонь их домашнего очага — бросал в него жир и масло.
Огонь считался настолько чистым, что разжигать его разрешалось лишь вымытыми руками. А еще с его помощью можно было символически очиститься, избавиться от плохого: для этого над раскаленными углями или дымящей головешкой встряхивали вещи.
Якутский Ан дархан тойон
Олицетворение домашнего очага, покровитель семьи и защитник от злых духов. Имеет облик маленького седобородого старичка, поэтому к нему обращались «светлая голова», «белеющая борода» или «светлый дедушка». Его ежедневно подкармливали, чтобы добиться расположения и поблагодарить за помощь: для этого в огонь бросали первую ложку каждого приготовленного блюда.
