Как люди начали жить в юртах
Давным-давно люди жили в шалашах. Как-то раз человек по имени Довураккай отправился на охоту, чтобы прокормить свое большое семейство. На обратном пути заблудился он, зашел случайно в логово дракона. В темноте Довураккай уселся прямо на его хвост. Дракон полетел в Верхний мир, а человек, крепко ухватившись за хвост, отправился с ним.
Прибыв на место, дракон встряхнулся, и Довураккай, упав с него, стал озираться по сторонам. Увидел он непонятное сооружение: с решетчатыми деревянными стенами, крышей из жердей и покрывающим все это войлоком. То была юрта.
Довураккай наблюдал, как обитатели Верхнего мира ее разобрали, погрузили на какое-то большое рогатое животное (вола раньше он также не видывал) и перевезли на другое место. Он пытался заговорить с местными жителями, но те его не замечали и не слышали. Тогда он сел на спину вола и молча поехал вместе с ними.
На новой стоянке юрту собрали заново. Затем подоили еще одно неизвестное Довураккаю животное (корову он тоже до этого не встречал) и вскипятили молоко. Попробовал он его украдкой — очень напиток ему понравился!
А потом стали люди Верхнего мира совершать такой обряд: вылепили из теста фигуру коня, накрыли ее войлоком, положили рядом обломок жерди от юрты, посыпали зерном и под звуки колокольчика спустили в Нижний мир. Успел Довураккай сесть на этого коня и очутился прямо на пороге своего шалаша. Там он поведал семье:
— Вот что случилось со мной. Заблудился я и попал в логово дракона, вместе с ним поднялся в Верхний мир, где повидал много необычного. Видел я сооружение, называемое юртой, и существо, называемое коровой, пил молоко, надоенное от нее. Спустился я на коне из теста. Это все сюда со мной прибыло.
Стали люди рассматривать эти непонятные вещи. Попробовали коня — оказалось, что сделан он из ячменной муки. Все поделили и съели тесто, и понравилась людям такая пища. Решили они посадить принесенные Довураккаем зерна, а потом тоже сделать из них муку и замесить тесто.
А Довураккай продолжил рассказ о своих открытиях:
— Оказывается, селиться можно не в шалашах, а в жилище с решетчатыми стенами, покрытыми войлоком.
С тех пор стали тувинцы жить в юртах.
В мифах о перемещениях между мирами часто встречается мотив, при котором их обитатели друг другу чужды: неслучайно в тувинском мифе человека из Нижнего мира не видят и не слышат обитатели Верхнего. А описанный обряд напоминает те действия, которые тувинцы совершают для изгнания иномирных духов.
В самых древних мифах культурный герой может найти или похитить что-то полезное у первоначального владельца. Есть теория, что это отражает раннюю стадию хозяйственной жизни, когда человек прямо присваивал что-то природное и жил собирательством, охотой и рыболовством. Позже, как считают ученые, появляются мифы о целенаправленном создании какого-либо блага (например, ремесленным способом), что соответствует уже более сложному уровню развития хозяйства, когда сначала нужно изготовить специальные инструменты, воспользоваться ими и только потом получить нечто полезное.
У многих народов таким дарителем-ремесленником становится кузнец: якутский Эллэй принес людям кузнечное и гончарное дело, осетинский Курдалагон делал богатырей неуязвимыми, закаляя их в огне, а карельский Илмайлине первым выковал железные орудия. Особое отношение к этой профессии, скорее всего, объясняется ее связью с опасной стихией огня: раз уж кузнец подчиняет его себе, то и с другими сверхъестественными способностями сможет совладать. В восточнославянском фольклоре кузнец наделяется особыми силами: в свадебных песнях поется о том, что он «кует свадьбу», в легендах ему приписывают победу над чертом (пойдя на хитрость, кузнец сковывает его цепью), а в сказках он может и перековать голос — сделать его из грубого тонким (как это произошло с волком из сказки про семерых козлят).
Культурным героем может выступать не только человек, но и животное. Так, в саамской мифологии чудесный олень-первопредок Мяндаш дал людям лук и обучил охоте, а чуваши считали, что земледелию их научил еж.
чувашский миф
Как еж людям о земледелии рассказал
В давние времена люди не умели еще пахать землю. Думали-думали они, между собой разговоры вели, но придумать, как это делать, не смогли. Позвали они тогда всех зверей. Пришли те на собрание, только ежа все нет и нет. Явился наконец и он, свернулся клубочком и стал слушать, пока люди и звери обсуждали, как землю лучше обрабатывать. Над ним же смеялись:
— Вон лежит: ни рук, ни ног. Где уж ему землю пахать!
Обиделся еж, ушел с собрания, а по пути пробурчал себе под нос:
