В египетском Гелиополисе (сейчас окраина Каира) за полторы тысячи лет до Геродота жрец процарапал на плоском панцире морского ежа 12 иероглифов. Они идут по кругу, каждый высотой в сантиметр. Иероглифы каллиграфически тщательно вырезаны. Они рассказывают, что камень найден в каменоломне бога Сопду. Буквальный перевод: «Найдено на юге каменоломни Сопду жрецом Тья-Нефером».
Сопду считался хранителем восточных границ Египетского царства. Его святилища располагались на Синайском полуострове, откуда, вероятно, и привезли окаменелость. Египтяне называли Сопду «Утренней звездой» и обращались к нему с разными просьбами. К примеру, он играл важную роль в воскрешении умерших и сохранял нетленными зубы покойников.
На окаменелости хорошо сохранился узор пятилучевой звезды. Вероятно, жрец увидел в ней символ бога «Утренней звезды», тем более что камень нашли в посвященном ему карьере, и решил увековечить эту историю памятной надписью[138].
Геродот путешествовал недалеко от этих мест, описывал нравы, истории и предания египтян. Глава о Египте — самая подробная в его «Истории».
Панцирь морского ежа с иероглифами.
По словам Геродота, в Египте больше диковинного, чем в любых других странах, и даже небо выглядит иначе. Мужчины у египтян мочатся сидя, а женщины стоя; мертвых кошек отвозят в особый город Бубастис, где из них делают мумии и хоронят в священных покоях. А в Аравийской пустыне живут крылатые змеи, они выглядят как обычные, но с перепончатыми, словно у летучих мышей, крыльями. Эти змеи стерегут ладанные деревья и во множестве ползают рядом с ними. Весной они стараются перелететь из пустыни в Египет, но их убивают ибисы.
Геродот был скептиком и в крылатых змей, кажется, не поверил. Но ему выпал случай посмотреть на них собственными глазами.
Геродота отвели в горное ущелье, через которое змеи, по преданию, летали в сторону Египта. «Я увидел кости и хребты в несметном количестве. Целые кучи [змеиных] хребтов лежали там — большие, поменьше и совсем маленькие; их было очень много. Местность, где лежат кучи костей, имеет вот какой вид: это узкий проход, ведущий из горных теснин в обширную равнину»[139].
С легкой руки Геродота история про вражду ибисов с крылатыми змеями разошлась по античным сочинениям. О ней рассказывали почти тысячу лет: Цицерон, Павсаний, Солин. Никто уже не упоминал кости. Рассказ Геродота сократился до байки про сражение птиц с летающими змеями.
Современные исследователи считают отрывок про крылатых змей одним из наиболее загадочных в «Истории». Как совместить баснословное сказание и заявленное самим Геродотом стремление не пересказывать выдумки и фантазии? Что он мог видеть? Предполагали, что под крылатыми змеями он имел в виду ящериц — летающих дракончиков, хотя они живут не в Аравии, а в Индии и Индонезии. Или что говорил про саранчу, хотя у нее вообще нет костей. От внимания историков парадоксальным образом ускользало, что Геродот не видел летающих змей. Он видел кости.
Палеонтологу нетрудно понять, что Геродот писал про захоронение ископаемых позвоночных. На это еще сто лет назад обратил внимание австрийский палеонтолог Отенио Абель. Он же отметил важную деталь: по Геродоту, аравийские змеи летели в Египет весной. А ведь именно весной дожди размывают в ущельях горные породы и на свет показываются все новые и новые кости[140]. Вот только чьи?
В 2007 году загадкой заинтересовалась ассириолог Карен Раднер. Она нашла глиняную табличку, где за два столетия до Геродота говорилось про крылатых змей. Табличка рассказывала про военный поход царя Асархаддона на «верблюдах всех царей Аравии» в Египет. В ней упоминаются «желтые змеи, расправляющие крылья», причем из текста нельзя понять, живые это существа или нет.
Раднер реконструировала маршруты Асархаддона и Геродота и решила, что они побывали в ущелье Махтеш-Рамон в Израиле, где залегают остатки саламандр рамонеллусов (
Рамонеллусы жили в начале мелового периода. По словам Раднер, их скелеты, «на взгляд непрофессионала, действительно напоминают змей с крыльями». Раднер даже написала, как именно Геродот спускался в ущелье: он шел по тропе с нагорья Негева[141]. Это действительно «узкий проход, ведущий из горных теснин в обширную равнину».
Но возникли сложности.
Во-первых, ущелье Махтеш-Рамон находится слишком далеко от тех мест, о которых пишет Геродот. Вряд ли он проехал через пустыни Аравии и Негев, чтобы посмотреть на кости и отправиться обратно, причем ничего не рассказав об этом путешествии[142].
Во-вторых, в ущелье собрали всего около 20 скелетов саламандр и все они очень мелкие: размер черепа — один сантиметр, длина всего скелета — четыре сантиметра. Чего здесь много, так это костей лягушек[143]. Могли ли они впечатлить Геродота? Он бы их даже не заметил. Кости такого размера палеонтологи ищут с кисточкой, увеличительным стеклом и скальпелем.
