Греческий писатель Флегонт из Тралл писал, что в египетской местности Нитры прямо на поверхности земли лежат громадные скелеты. «Эти тела (то есть скелеты. —
Реконструкция базилозавра.
Есть и другие странные свидетельства. Огромную кость видел в XVII веке в Каире армянский путешественник Симеон Лехаци. По его словам, над воротами дворца висело огромное «ребро рыбы». Смущают размеры. Кость была 6,5 метра в длину, в толщину — с вытянутые руки[313]. Лехаци старался быть точным, а это значит, что кость могла быть разве что веткой нижней челюсти кита[314].
Сейчас в Египте рассказывают про остатки китов легенду, которой вполне может быть не одна сотня лет. В далекие времена великан поспорил с пророком, что сумеет выпить море. Имя пророка называют разное — от Адама до Моисея. Великан выиграл спор и выпил все море, на месте которого раскинулась Сахара, а все жившие в море рыбы и киты погибли, их кости и валяются среди пустыни[315].
Погибшие от великана киты — это не единственная экзотическая история в мифической палеонтологии исламских стран. В Средней Азии рассказывали про скелеты, растущие под землей. В 1921 году в Самарканде археологи раскапывали скелет слона, погибшего при осаде города Чингисханом. Некоторые узбеки уверяли, что большие кости принадлежат не слону, а скелету растущего в могиле «длинного святого» Данияра. Его гробница-сагана находилась километром севернее, и в старину ее периодически достраивали, чтобы прикрыть якобы подросший скелет. По словам узбеков, именно кости ног подросшего Данияра выкапывала из земли самаркандская комиссия по охране памятников старины[316].
Были в Средней Азии и призраки-великаны, подобные индейскому Йейтсо. Палеонтолога Л. А. Несова узбеки отговаривали раскапывать кости динозавров. По их словам, это останки гиганта Зенге Бобо, чей дух бродит рядом с костями и карает того, кто нарушит их покой. История имела анекдотическое продолжение. Несов посмеялся над суеверием, а ночью услышал рядом с палаткой тяжелую нечеловеческую поступь: громкий шаг, пауза, громкий шаг. Несов с опаской выглянул наружу и увидел в темноте… стреноженного верблюда, который с трудом прыгал по песку[317].
Живописные истории исламской мифической палеонтологии, к сожалению, не собраны и не изучены, хотя их наверняка не одна сотня. На исламском Востоке были свои Плинии с Павсаниями, и дух захватывает, когда задумаешься, сколько в их сочинениях рассказов про гигантские кости. Об их своеобразии можно судить хотя бы по такому факту. В Средние века на Арабском Востоке рассказывали занимательные сказки хурафа, нередко скабрезные, пересыпанные разговорными и грубыми выражениями. Арабские литераторы презирали их как вульгарные и вдобавок плохо написанные. Некоторые хурафа составили коллекцию «Тысячи и одной ночи» и только благодаря раннему переводу на французский избежали забвения. Но «Тысяча и одна ночь» — это всего небольшая часть ходивших в народе фантастических историй. Арабский писатель X века Ибн аль-Надим перечислял (и осуждал) народные истории, которые считаются утраченными. В их числе такие интригующие названия, как «Птичий помет», «Любовник коровы» и «Кость ноги гигантской ящерицы»[318]. Представляете сказку в духе «Тысячи и одной ночи» про кость динозавра? С джиннами, принцессами, проклятиями? Может быть, в какой-нибудь старинной рукописи она все же сохранилась.
Палеонтолог В. А. Гвоздкова и остатки базилозавра. Долина китов. Египет.
Пока же большинство палеонтологических историй Исламского Востока связаны все с теми же остатками вездесущих слонов. Арабы обычно приписывали их великанам — людям народа ад. По преданию, адиты жили после Ноя, но не вняли проповеди пророка и не поверили в единого бога, поэтому все погибли. Богослов и ученый Аль-Бируни (ум. 1048) писал, что кости адитов бывают величиной «с кости верблюда или больше» и попадаются в камнях в горах Аравии[319].
Как и в других культурах, огромные кости выставляли напоказ. В XII веке по Европе, Византии и Арабскому Востоку путешествовал наваррский еврей Вениамин Тудельский. Его считают купцом, потому что в своих записках он не раз демонстрировал интерес к торговле кораллами. Кроме того, по словам исследователя, только купец мог с такой точностью оценивать состояние торговли в городах и странах, через которые проезжал.
