Я потеряла счёт времени. Лишь почувствовав, как замерзают руки, направилась обратно к центральным воротам. Парк проснулся, наполнился гуляющими: детьми на велосипедах, влюблёнными парочками, студентами. Я скользила между людьми, идущими мимо, – время замерло вокруг. Я улыбалась, забыв о закоченевших пальцах, и снимала, снимала, снимала.
Навстречу мне по аллее брёл сгорбленный дряхлый старик с неповоротливой седой таксой – щёлк! Отставив назад ногу, как парящая ласточка, пронеслась девчушка на самокате – щёлк! Ладошки малыша сомкнулись, оставив от парящего мыльного пузыря брызги и колокольчик детского смеха – щёлк!
Звонок Артура выдернул меня в реальность. Он возмутился, что в выходной день я одна убежала в парк, ничего ему не сказав. Я не стала спорить и пообещала так больше не делать. Артур сказал, что примчится к парку, чтобы греть меня горячим чаем в местном кафе.
Кафе, где Артур занял нам столик, не отличалось интересным антуражем. Но в нём было чисто, тихо и приглушённо играла приятная музыка. Я села в уголок у окна и обняла ладонями чашку с горячим чаем. Руки впитывали тепло, а я краем глаза ловила проплывающие мимо окна фигуры людей. Артур о чём-то меня расспрашивал, а я машинально ему отвечала, больше из серии «да, нет».
– Марина, ты в последнее время другая, – Артур нахмурился.
– Другая? – я взглянула на него с интересом.
– Да, другая. Витаешь в облаках, мы перестали видеться, тебе ничего не интересно.
– Ты не прав, – возразила я, смеясь, – мне, наоборот, многое стало интересно.
Я запустила руку в рюкзак и достала камеру.
– Вот, – я протянула камеру через стол.
Артур посмотрел на меня непонимающим взглядом, но взял фотоаппарат в руки.
– Смотри, можешь пролистать, – сказала я и прокрутила на фотоаппарате колёсико. На экране мелькали увядающие цветы, мужчина с собакой, девочка на самокате. – Правда здорово?
Артур ничего не ответил. Он отпил чай из кружки, буравя поверх неё меня глазами, и со звоном опустил на блюдце.
– Ты раньше не интересовалась фотографией, – сказал он.
– Наоборот, – улыбнулась я ему в ответ, – я обожала фотографировать. Пока я училась в старших классах, не расставалась с камерой. В фотокружок бегала. Я забросила фотографию позже. Институт, сессии. Но никогда не поздно вспомнить то, что тебе по-настоящему нравилось.
– Я понял, ты капельку сошла с ума. Что ж, в этом даже есть какая-то изюминка, – и он засмеялся. – Идём?
– Да, идём, – взяла я его за руку.
«Ура! Завтра меня возвращают в детский дом», – получила я вечером смс от Сони. Если не знать подоплёку этого текста, то смотрится он, мягко говоря, странновато.
Я тут же набрала ответ: «Замечательно. Значит, скоро увидимся».
Соня скинула мне селфи, где она широко улыбалась, делая пальцами знак «V». Я расплылась в улыбке, глядя на неё. Я прищурилась, высунула язык и отправила ответное фото.
В ответ посыпались смеющиеся рожицы, а следом короткие фразы: «У нас отбой», «Пока».
Строго там у них. Хорошо, что мы скоро увидимся. Хм, я что, так сильно соскучилась? Я пожала плечами и, напевая песенку, пошла на кухню.
– Марина! – обрадовалась Соня.
– Привет, – я крепко обняла Соню. – Как ты подросла. Прошёл месяц, а я словно год тебя не видела. Ты такая взрослая.
– Не взрослая, – засмущалась Соня. – А бледная, – мы вновь обнялись. – Ой, а что это у тебя?
– Где? А, это моя камера, взяла с собой на всякий случай.
– Можно? – я увидела, как загорелись Сонины глаза.
– Да, посмотри, – я протянула ей камеру на ремешке. – Я давно не брала фотоаппарат в руки, а тут вспомнила и решила его найти. Показать тебе снимки?
– Да-да, – Соня закивала головой. Я показала ей, как включить камеру и просмотреть фотографии.
– Крути колёсико, так сможешь пролистывать фото.
Соня рассматривала фотографии на малюсеньком экране, а я внимательно следила за Сониным лицом. Мне хотелось поймать каждую её эмоцию. Я понимала, что Соня – единственный искренний мой зритель.
Соня с неподдельной улыбкой листала снимки с запечатленными пейзажами и листвой. На её лице промелькнули восторг и удивление, глаза расширились, приоткрылись губы. Я вглянула на экран, на нём мелькала серия фото из парка.
– Нравится? – осторожно спросила я.
– Да, – Соня кивнула, – а ты сможешь распечатать мне вот эти? – и Соня показала мне несколько кадров.
– Да, напечатаю. А почему именно эти снимки? – поинтересовалась я.
– На них жизнь.
По мне пробежали мурашки. Жизнь – одно слово из её уст, но какое. Неужели у меня получилось поймать её в объектив. Я обняла Соню:
– Спасибо тебе.
– За что? – удивилась она. – Почему ты плачешь?
– Я не плачу, – улыбнулась я, – просто в глаз что-то попало.
– Хорошие снимки. А ты научишь меня также фотографировать? – спросила Соня.
– Научу, позже, – подмигиваю я ей. – А пока разберёмся с математикой, начинаем новую тему, а то ты совсем за это время распустилась.
Соня посмотрела на меня возмущённо.
– Шучу, – засмеялась я.
В коридоре меня окликнула Карла Эдуардовна. Я обрадовалась, увидев её, она, похоже, тоже.
– Марина, рада тебя видеть, – Карла Эдуардовна приобняла меня.