Я примерила все ее пальто, красивые кожаные куртки, но все они оказались душераздирающе велики в плечах сантиметра на три. Туфли, которые мне подходили, я оставила себе, а вот кроссовки на платформе сразу же выбросила. Я разложила на столе ее сумочки. Мягкая оранжевая кожа, блестящая красная змеиная кожа, маленькие драгоценные клатчи, в которых едва помещается сотовый телефон. Идеальный круг из мягкого черного меха с тонкой серебряной застежкой и черной атласной внутренней частью. Все они выглядели первозданно, как будто ими никогда не пользовались. Там была одна высококачественная поддельная сумочка
Я пригласила Николь и Кори просмотреть то, что осталось. Предложила примерить несколько ее вещей и взять все, что захотят. Поначалу им было неловко, но после долгих настойчивых уговоров они наконец сдались. После я пригласила нескольких подруг матери сделать то же самое, затем погрузила остальное на машину и съездила в центры пожертвований в городе.
Я чувствовала, как мое сердце твердеет – покрывается коркой, образует оболочку, мозоль. Я удалила фотографии из больницы, где мы с мамой лежим в ее постели в одинаковых пижамах. И фото, которое она прислала в тот день, когда подстриглась как Миа Фэрроу, застенчиво позируя так, будто самое сложное уже позади. Разбирая шкафы возле телефона на кухне, собирая разрозненные батарейки, выбрасывая старые фотографии размытых пейзажей, откладывая непроявленные рулоны пленки, я наткнулась на блокнот на зеленой спирали, где записывала все ее лекарства и вела подсчет калорий. Эти отчаянные суммы, обнадеживающая инвентаризация, запись каждого выклянченного глотка и крошки в какой-то печальной попытке продолжать двигаться вперед. Я вырвала страницы и металлическую спираль, крича, разрывая свои глупые, бесполезные расчеты на бесчисленные клочки.
Возможно, меня преследовало уничтожение стольких страниц блокнота с упоминанием джатчжука, но позднее я почувствовала необъяснимую тягу к этой каше. Это блюдо чаще всего готовила для моей матери Ке, одно из немногих, которые она была в состоянии переваривать.
Я погуглила, чтобы узнать, есть ли у блогера Маангчи, по рецепту которой я готовила соевый суп, рецепт каши из кедровых орехов. Я не слишком-то на это рассчитывала, поскольку это блюдо было гораздо менее популярным, чем твенджан тиге, но конечно же я его нашла.
В описании говорилось: «Могу сказать, что кедровая каша – королева всех каш!.. Она выглядит жидкой, но я рекомендую есть ее ложкой, а не пить, поскольку хочу, чтобы вы насладились послевкусием. Одна ложка, пауза! И закройте глаза, как сделала это я на видео, чтобы насладиться вкусом: ой вкуснятина, ой вкуснятина, затем еще ложку!
Стиль ее письма напомнил мне сообщения матери вплоть до того, насколько детально она контролировала каждый этап поглощения пищи.
Я поставила свой ноутбук на кухонный стол и включила видео. На Маангчи была коричневая рубашка с рукавами три четверти с кружевной нашивкой на воротнике. Ее прямые черные волосы длиной ниже плеч были аккуратно уложены. Она стояла перед разделочной доской рядом с блендером. Видео было более свежим, чем предыдущее, и его качество улучшилось. Ее кухня изменилась, стала более современной и ярко освещенной.
«Всем привет! – проворковала она. – Сегодня мы научимся готовить джатчжук!»
Рецепт был прост: кедровые орехи, рис, соль и вода – все ингредиенты, которые у нас уже были под рукой. Согласно инструкциям Маангчи, я замочила треть стакана риса и отложила его на два часа. Затем отмерила две столовые ложки кедровых орехов и начала удалять скорлупу, а после бросила мягкие очищенные ядра в блендер. После того как рис замочился, я прополоскала его под краном и добавила к кедровым орешкам два стакана воды. Я закрыла крышку и включила блендер на максимальную мощность, затем слила жидкость в небольшую кастрюлю на плите.
«Вам не нужно много ингредиентов, но, как видите, приготовление требует времени. Вот почему джатчжук так ценен. Например, если кто-то из членов вашей семьи заболел, вы мало что можете сделать. Посещая больницу, мы обычно готовим джатчжук, потому что больные не могут есть обычную пищу. Кедровые орехи содержат белок и полезные жиры для организма, потому это идеальное блюдо для пациентов, выздоравливающих после болезни», – объясняла Маангчи.
Смесь имела красивый молочно-белый цвет. На среднем огне я помешивала жидкость деревянной ложкой. Сначала мне не терпелось, чтобы она загустела, и я испугалась, что добавила слишком много воды. Затем, когда консистенция с обезжиренного молока изменилась до арахисового масла, я начала переживать, что использовала недостаточно. Я убавила огонь и продолжала помешивать, надеясь, что каша останется жидкой, как у Маангчи. Когда кастрюля начала шипеть, я сняла ее с огня, добавила соль, а затем перелила ее содержимое в небольшую миску.
