— Крыльцо на заднем дворе, — с издевкой в голосе произнес отец. Он тоже сидел, откинувшись на спинку диванчика и сложив руки на груди.
— Скользкое, — не моргнув глазом, подтвердил Волков и приобнял Юлу за талию. А потом неожиданно чмокнул ее в щеку. Очень демонстративно. — Давай завтракай быстрее. У нас мало времени.
— Я поем по дороге, — ошарашенно выпалила Юла, не понимая вообще ничего, но зная, что ей плевать, куда они идут. Лишь бы не здесь.
— Юля? — Отец сказал это с такой интонацией, что у нее привычно сжался желудок, но теплая ладонь Волкова, которую он так и не убрал с ее талии, подействовала чудесным образом.
— Да? — спокойно произнесла она.
— Куда ты собралась?
Отец улыбался, но за этой улыбкой обычно следовал взрыв или игнор. И Юла за столько лет так и не поняла, что из этого хуже.
— Это сюрприз, — ответил вместо нее Волков.
Отец смерил его взглядом и, демонстративно медленно отпив из чашки, сказал:
— Если она по твоей вине куда-то вляпается, у тебя будут серьезные проблемы.
Ладонь Волкова на ее талии напряглась, однако голос прозвучал расслабленно:
— Она не вляпается ни по моей вине, ни по чьей-то еще. Гарантирую.
Отец то ли кивнул, то ли покачал головой, а Димка подтолкнул Юлу к выходу из кухни. Та перехватила его руку и потащила за собой в комнату. Прикрыв дверь, она выпустила ладонь Волкова и обалдело спросила:
— Что происходит?
— Да ничего, — пожал плечами он. — Ты вчера сказала, что тебе здесь плохо. А если человеку где-то плохо, надо оттуда сваливать. Хотя бы на время. Чтобы выдохнуть.
— А ты тоже откуда-то свалил?
— Типа того.
Волков оглядел ее комнату, и она последовала его примеру, с раздражением отмечая, что у нее бардак: на столе стоит немытая тарелка, под столом — скомканные чеки, на диване — сваленная в кучу одежда.
К счастью, Димка никак не прокомментировал увиденное.
— А куда мы свалим-то? — уточнила Юла.
— Да куда угодно, — снова пожал плечами он.
— Я вчера собиралась в Питер, — усмехнулась она. — Ну знаешь, гулять вдоль Невы, пока тебя пытается в нее сдуть, покататься на «Метеоре», посмотреть на развод мостов…
Говорила она все это просто так, потому что никуда, конечно, не собиралась всерьез. Если ехать в Питер, то придется заезжать к маме. Иначе та не поймет. А чувствовать себя и там чужой у Юлы уже просто не было сил.
— Отличный план. Собирайся.
— В смысле?
— Да в прямом. Давай собирай носки, трусы, мазалки эти свои вечные. Только можно я тут тебя подожду? У меня передоз общения.
С этими словами Волков плюхнулся на диван, предварительно сдвинув в сторону кучу одежды. Выглядел он вправду замученным.
— Ты всерьез предлагаешь мне поехать в Питер? — спросила Юла, стараясь не заржать от его представления о сборах девочек в дорогу.
— А почему нет? Там «Сапсан» идет в районе четырех часов, — ковыряясь в телефоне, озвучил Волков.
Когда она нервно усмехнулась, он наконец поднял взгляд от экрана и произнес:
— Алё? Ну чё ты стоишь? Они, конечно, часто ходят, но нам же надо еще билеты купить.
Он продемонстрировал телефон, на котором был открыт сайт РЖД.
— Ты тоже поедешь? — для ясности уточнила она, чувствуя, как горло перехватывает от непонятных эмоций.
— Ну да. Я в Питере был только в сопливом детстве с родителями. Не, ну если ты хочешь ехать одна, я могу взять билет в другой вагон, а как приедем…
— Спасибо! — вырвалось у нее раньше, чем она успела подумать.
Волков завис, сбившись с мысли, и неловко пожал плечами в который раз за последние несколько минут, и Юла, стараясь скрыть улыбку, направилась к шкафу с одеждой.
Собирать вещи в его присутствии было странно, хоть он и пялился в телефон, не обращая на нее внимания. Только один раз спросил: «Чё такое?» — когда Юла рассмеялась, сообразив, что вообще-то он очень точно назвал перечень того, что она возьмет в первую очередь: трусы, носки и мазалки.
— Ничего, — покачала она головой, закидывая вещи в небольшой чемодан. — Только мы сегодня не успеем вернуться, а у тебя же завтра универ.
— Пофиг, — отмахнулся Волков.
И это «пофиг» превратилось в девиз их поездки.
Потому что сначала выяснилось, что на ближайший «Сапсан» остались только билеты первого класса, и Димка их купил, потому что «пофиг». Времени на завтрак тоже не осталось, и тут уже она сказала: «Пофиг», но Волков все равно потащил ее в ближайший супермаркет и купил сэндвичи и кофе. Есть ей пришлось уже в такси. Но это тоже было «пофиг».
Из-за захода в супермаркет они едва не опоздали на поезд, и им пришлось бежать по перрону. Юла, хохоча, кричала, что стоило ехать без вещей, потому что Волков с персиковым чемоданом наперевес выглядит совсем не брутально. Но это тоже было «пофиг», потому что он не злился, а ржал вместе с ней.
На поезд они все-таки успели. И когда двери закрылись, а перрон за окном начал уплывать, Юла, все еще не отдышавшаяся после бега, ухватилась за завязку на Димкиной толстовке и, дернув ее, сказала:
— Спасибо тебе. Ты меня сегодня спас.
