К счастью, красноречие довольно быстро оставило этого все-таки Виталика, как, сама того не ведая, подсказала Мокрова, и у него хватило ума передать очередь Катьке. Та выбрала действие, и Виталик отправил ее целоваться с самым мрачным парнем в этой комнате. Сам он при этом сделал угрюмое лицо, но Катька закатила глаза и встала с дивана. Еще до того, как Мокрова сделала шаг к книжному шкафу, Юла знала, кого она поцелует.
Димка при ее приближении поднял голову и с усмешкой что-то спросил. Слов Юла не расслышала, потому что Виталик назойливой мухой жужжал у ее уха. Катька ответила, и Волков заржал. А потом она уселась на его вытянутые ноги и поцеловала. Без всяких предисловий или долгих танцев. Вокруг начали считать. Юла тоже, кажется, считала, хотя ее накрыло странным желанием сбросить Катьку с ног Волкова. В идеале на пол, чтобы той было больно, а еще чтобы она упала некрасиво, нелепо, чтобы короткая юбка задралась, а под ней оказалось уродское белье. Хотя Юла знала, что у Мокровой такого белья не бывает.
В голову лезла всякая чушь, пока рядом раздавалось:
«…Пять, шесть…» А ведь Юла не в первый раз видела Димку и Катьку целующимися. Периодически они прилипали друг к другу на вечеринках. И она точно знала, что в этом не было какого-то подтекста. Мокрова считала, что Волков «красивая бездушная зараза, но целуется классно». Что считал насчет Кати Димка, Юла не знала. Она, оказывается, о нем вообще ничего толком не знала.
На счете «двенадцать» затянувшаяся демонстрация сомнительного мастерства наконец закончилась. Юла отвела взгляд, поэтому не видела, что и как там происходило дальше. Оказалось, Виталик все еще вещает. И сидит гораздо ближе, чем до этого. Юла побарабанила пальцами по подлокотнику дивана и решила было сообщить, что сваливает из этого гнезда разврата, когда Виталик вдруг положил руку ей на колено. Его ладонь обожгла кожу сквозь тонкий капрон, и Юла оцепенела. Память унесла ее в тот злосчастный вечер, где все началось с того, что Русик так же положил ладонь на ее колено, она его оттолкнула, и за этим последовал первый удар.
Расширившимися глазами Юла смотрела на руку Виталика, скользившую по ее ноге, и не могла пошевелиться. Умом она понимала, что они не одни и опасности нет, но вдруг почувствовала себя пустой оболочкой, которая не влияет ни на что. Как и большую часть своей жизни.
Рядом возникло какое-то движение, и рука Виталика исчезла с ее колена. Юла подняла взгляд и увидела Волкова. Он мельком на нее посмотрел и опустился на подлокотник дивана. Все еще с трудом возвращаясь в реальность, она едва успела поднять руку, чтобы освободить ему место. Волков улыбнулся Виталику так, что, даже не зная о его умении организовать полноценную драку за несколько секунд, связываться с ним не захотел бы никто. Виталик чуть отодвинулся от Юлы и с вызовом спросил:
— Что?
— Ничего, — пожал плечами Волков, все так же улыбаясь.
А Юла, до этого державшая убранную с подлокотника руку на весу, почему-то опустила ее на Димкину спину. Он пошевелился, и под ее ладонью перекатились упругие мышцы. И это его движение — вкупе с теплом живой кожи под тонкой тканью футболки — неожиданно окончательно вернуло Юлу в реальность. Не было больше клуба и Русика. Был Дима Волков, который все так же улыбался Виталику и готов был вломить ему за то, что тот посмел к ней прикоснуться. От этого у нее в горле запершило.
— Мы тут общались, — с нажимом произнес Виталик.
— Я присоединился. Люблю веселье, — заявил Димка и чуть отклонился назад, отчего ладонь Юлы скользнула выше и замерла между его лопаток. У Волкова были выпирающие позвонки. А еще красивые ключицы. Это она помнила по той дурацкой фотосессии.
— Свали отсюда, — сказал Виталик.
— Только вместе с тобой, — доверительно сообщил Димка, склоняясь ниже.
Юла не стала убирать руку. Ей хотелось попросить его не ввязываться в драку, но она почему-то только принялась успокаивающе поглаживать напряженную спину.
— Так, давайте без вот этого вот! — возмущенно заорала Привалова. — Волков!
Димка сел ровно с совершенно невинным выражением лица, а Виталик выругался и, рывком поднявшись с дивана, ушел из гостиной.
Юла огляделась. Оказывается, играть уже прекратили, и теперь все смотрели на них.
— Кина не будет, — объявил Димка.
Катя вопросительно смотрела на них от шкафа. Видимо, после поцелуя она села рядом с Волковым. Юла пожала плечами, показывая, что ничего не произошло. Кто-то вновь включил музыку. Теперь, когда диван опустел, можно было отодвинуться от подлокотника и дать Димке сесть нормально, но Юла почему-то так и сидела, прикасаясь ладонью к его спине. Он тоже не спешил пересаживаться.
Когда в центре гостиной началась дискотека, Волков склонился к ней и сказал:
— Пошли отсюда.
Юла ненавидела, когда ей указывали, что делать, но почему-то встала и молча вышла за Волковым из гостиной. Так же молча они обулись и оделись в прихожей. Ушли по-английски, ни с кем не попрощавшись.
