— Слышь, пацан, хочешь, чтобы к тебе пришла ювеналка?
— Да с фига? — запальчиво выкрикнул LastGreen, хотя внутри все скрутилось в ледяной узел.
— Да ни с фига. Бати нет. Мать в психушке. Сеструха без присмотра.
— С присмотром она, — прошептал LastGreen, хотя это и было глупо: мужику ведь было плевать.
— Короче, девочка должна получить это до воскресенья. Сроку тебе больше суток. Справишься. И да, денег я тебе все-таки не дам. Тупой ты. Не шаришь за выгоду. Таким деньги на ветер.
Мужик выпустил его и собрался было уйти, а потом, будто что-то вспомнив, оглянулся.
— Скажешь ментам — не просто сеструха в детдом загремит, еще и ты присядешь. За что — найдем, не волнуйся. Ты, главное, пойми: девочке твоей ничего не грозит. Родители хотят с ней встретиться. Просто сами объявиться не могут. Там на деньгах все завязано. Ты же не тупой — понимаешь.
LastGreen’у хотелось сказать, что пару предложений назад чувак говорил, что он тупой, но его так приморозило, что сил возмущаться не осталось.
— Да что ты будешь делать, — вздохнул мужик. — Слушай, не смотри ты так. Да, мы плохо начали. И денег я тебе дам. Не парься. Родители девочки передадут. Там тебе хватит на безбедную жизнь лет на двадцать. Еще раз: никто ее не тронет. Мамка с папкой обнимут, расскажут, что смогут, а дальше они уже сами договорятся, где и как встречаться будут. Ну вот так у богатых. Что поделать? Многие знания — многие печали, говорят. А тут многие деньги — многие печали, — неожиданно расфилософствовался мужик. — Ну давай. Не кашляй. А то ты чё-то совсем. Извини, что напугал.
Мужик подмигнул ему и ушел, а LastGreen остался стоять, пялясь в одну точку и по-прежнему не чувствуя руку. Нужно было позвонить Потапу, рассказать, что случилось. Потап позвонил сам. Как чувствовал.
— Ты скоро? Мне уйти нужно.
— Я… да. Я закончил, — пролепетал LastGreen в трубку, собираясь с мыслями.
— Отлично. Мелкая тогда пока одна побудет, раз ты уже все.
Связь оборвалась.
— Стой! — прошептал LastGreen, но трубка промолчала.
Анька одна. Без присмотра. Бати нет, мать в психушке. Ехать на мопеде с занемевшей рукой было нереально, поэтому LastGreen откатил мопед к ближайшему жилому дому, мысленно с ним попрощался и вызвал такси.
Анька правда была дома одна. За время поездки в такси LastGreen успел накрутить себя так, что почти ожидал застать дома ювеналку или уже вообще никого не застать.
Стоило ему открыть дверь, как мелкая бросилась к нему и, обняв за пояс, пожаловалась:
— А Потапчик ушел на свидание. И меня одну бросил. Предатель.
Она громко хлюпнула носом. LastGreen крепко ее обнял и, не в силах унять колотящееся сердце, прошептал:
— Ну на свидание тоже нужно. А то он и так с тобой всю неделю просидел.
— Зачем ему нужно? Я на нем потом поженюсь.
— Так это потом, — ответил LastGreen. — Ты ела?
— Да. Потапчик суп сварил и курицу пожарил. Тебе там тоже осталось.
— Круто, — ответил LastGreen.
Есть от страха не хотелось, но Анька убежала наливать ему суп, и он не стал спорить. Вместо этого достал мобильный и набрал Сашку. Телефон у того оказался неожиданно выключенным, а это означало, что Потап окончательно «не в ресурсе». Формулировку про ресурс они услышали от двух громко беседовавших на улице девушек, поржали, а потом как-то LastGreen пришел забирать из автомастерской мелкую, а перемазанный машинным маслом Потап на вопрос, купить ли ему бургер, раз уж он тут будет до ночи, заявил, что он «ваще не в ресурсе, поэтому решите это кто-то за меня». Так это «не в ресурсе» у них и прижилось.
Если уж на то пошло, сам LastGreen тоже был не в ресурсе. Сердце бухало в груди, а суп, даром что жидкий, комом становился поперек горла.
Мелкая предсказуемо завела шарманку про «поехать к Лене», но LastGreen’у теперь эта поездка казалось путем на эшафот. Мысль о том, что кто-то выследил его, Лену, мелкую и узнал обстоятельства их жизни, отдавалась холодом в груди. Он-то, наивный, думал, что никому не нужен и не интересен. Ну правда, что с него взять? «Там все на деньгах…»
Но у него-то денег нет! За что им-то с Анькой прилетело? О благополучии Лены LastGreen в эту минуту малодушно не думал. В мозгу заполошно билась мысль про детдом. Анька же там не вывезет. Она же привыкла, что ее защищают, любят, как могут. А ему до восемнадцати еще несколько месяцев. И за эти месяцы может что угодно случиться, а уж если он «присядет»…
Сашкин телефон по-прежнему был вырублен. После двадцатого безрезультатного звонка LastGreen набрал Пузыря.
— Жек, ты не в курсе, где Потап? — не дожидаясь «алло», выпалил он.
— Не-а. Я его дня два не видел. А что? Пропал, что ли?
— Да нет. Он с Анькой сегодня был. Просто мобилу вырубил и…
Объяснить внятно, в чем проблема побыть без Потапа один вечер, LastGreen не смог.
— Вы прям как семейная пара, — заржал Пузырь, но, когда LastGreen никак это не прокомментировал, посерьезнел и уточнил: — Чё-то случилось?
