Странное видение невероятной мощи, пронзительности и деликатности. Никто с такой очевидностью, прослеживаемостью, как Рембрандт, не демонстрирует нам, что живопись - это попросту грязь, почва, слои разноцветных охр, умело размазанные по холсту. И одновременно - самое спиритуальное занятие, дарованное нам. Как если бы Ветхий Завет прорывался обычным дождем, ни на миг не переставая быть Заветом.
10.01
«Легенда о Тимощуке»: Увеличить колонны. Затемнить перевязь. Общее притенение фона.
Кудряков, Рембрандт... А я пишу «Легенду о Тимощуке», украинском футболисте, игравшем за «Зенит», а теперь вот за мюнхенскую «Баварию». Тимощук - как некая равнодействующая Рембрандта и Кудрякова.
Кроме того я пишу картину «Хуй Ненг и бамбуковая изгородь». Про Шестого патриарха дзена. Это уже состояние, когда твои родители - молодчики, когда рукава их пустые, белые. Когда они не борются, когда папа танцует твист.
11.01
- Ты подождешь?
- Я подожду!
- Тогда услышишь весть:
Курилов Слава уж в пути,
Некрасов Сева уж в пути,
И нам готовят плеть.
Из водорослей сплетена, Стрекалом озорных медуз
Она наполнена сполна, И будут жалить и колоть
Тех, кто в озерный подколод Зудит: «Другие времена...».
Ведь нет «других времен» воды И клети на Донском -Генисаретской рябью сад Всегда туманится с лихвой, Усатый дядя Водяной
Стоит за каждой каланчой.
12.01
Почему-то считается, что в «Ночном дозоре» Рембрандт изобразил «тупых буржуа». Отнюдь, там половина людей с университетскими дипломами - врачи, философы, адвокаты. Это народная милиция, добровольцы, ГгееЯош й§1Иег8. И самый молодой из них (ему и суждено умереть молодым через несколько лет) распластывает над их головами огромный, голубой с золотом, флаг Амстердама. Это либеральное амстердамское сопротивление федеральному голландскому обскурантизму «строго реформированной церкви». Пусть даже их рвение уже выродилось в компанейство, джентльменский клуб. Как антипутинское рвение либералов выродилось в заметки Рубинштейна из журнала «Сноб». И все-таки этот дозор - единственное, что у нас есть, просвет свободы, застывший в истероидном ступоре, сйзЮПес!, с1егап§ес1, сияющий. Топот земли - там, где, казалось бы, уже ничего не слышно. Хорошо, пусть даже псевдосражение, псевдотопот, перестроение, топот цветка, султанчик на алебарде.
13.01
Я навожу стволы деревьев в «Хуй Ненге» и слушаю Джими Хендрикса. Разве этого не достаточно: «понимать» живопись и «понимать» Хендрикса?! Греческое отношение к божествам - почитание, хвала и одаривание просто за то, что они есть.
14.01
Читаю у Симона Шамы о знаменитом офорте Рембрандта «Три дерева», там вроде должны быть две скрытые пары - любовники справа и рыбаки слева. Любовников в зарослях под холмом я так и не нашел, зато разглядел лицо в небе, в росчерках облаков - о нем ни Шама, ни кто-либо другой, писавший о Рембрандте, насколько я знаю, не упоминают.
15.01
Заходили Коос и Марион. У Кооса отрос живот, он по-тютчевски забывает застегнуть ширинку, из-под низа штанин вылезают кальсоны. Ему 62 года. Впрочем, с лица и голосом он по-прежнему голландский Маяковский.
Вечером читал Улановскую. Это очень хорошо, амальгама японских «дзуйхицу» и русской «деревенской прозы».
20.01
Конечно, евреям нечем гордиться в Ветхом Завете, передающем всю туже племенную, пещерную суть: «хорошо, если я украл у соседа, плохо, если сосед украл у меня». Масаи тоже скомпилировали бы нечто подобное, будь у них письменность. Как и многим другим, подобно Иоахиму Флорскому, мне хочется верить, что Второй Завет когда-нибудь сменится Третьим: после заветов с Отцом и Сыном - наконец-то Завет с Духом. Но пока мы отброшены даже от Нового Завета. Путинская Россия, исламский фундаментализм, китайский патернализм - все это формы полуязыческого Ветхого Завета. Не говоря уже про обыденную медиальность, которая вообще тянет нас во времена мхов и лишайников.
21.01
Буду снова переписывать «Портрет мудака Ройтбурда».
22.01
Ох уж эти инженеры человеческих душ, знатоки причинно-следственных связей, которые могут предвидеть мои реакции на генетическом национальном уровне. Примерно, как предвидеть выражение Кулька - в зависимости от материала, из которого он сделан. Правда, ничего не говорится о том, что же находится в Кульке. А там ведь моя личная связь с каштанами может оказаться покруче еврейского вопроса.
23.01
Неоконченный портрет на коричневом фоне. Поверх какие-то геральдические прямоугольники. Называется «Домоправительница Хайя ван Кластенбург». Это греза о портрете кисти Рембрандта, где только и есть, что эти прямоугольники на глубоком фоне. Но вглядываясь в них, понимаешь, что они - домоправительница.
25.01
Теперь я делаю «Портрет папского мальчика». Как всегда странно, что в нескольких корявых линиях с кружочками, в этих «веточках с ягодками», может быть больше «романского» для меня, чем в напластованиях капителей. Разумеется, это очень субъективно! Для тебя, для меня, для слона... Такое подхватывание бытийствен-ными линиями, в противоположность спокойному, объективному никогда-не-подхватыванию на поверхности Кулька.
