(Р.8. Если говорить о форме шапочки, то мальчика правильнее было бы назвать «кардинальским».)
26.01
Мой отец выглядит совсем дряхлым. В палисаднике перед домом на Черемушках в Одессе мы ухаживаем с ним за каким-то экзотическим деревом - пальмой, баньяном, баобабом. Отец все жалуется, какая это для него мучительная боль - просто пытаться стоять. О, эти страшные ножницы, вгоняющие нас в один коллаж, монтаж поколений, угасающих друг за другом. О, эта всесвязую-щая кисть, вечно длящая линию небывалости.
Я переделал «Папского мальчика», убрал пастозность на лице. Буду теперь так же переделывать «Маланган», все седлать свою линию, чтобы не было так мучительно больно стоять.
27.01
Был на выставке ГДР-овской фотографии. Много хороших вещей. Особенно понравилась фотография работы некоего Эразмуса Неважно-какого: тетка в светло-коричневом платье, с сумкой под мышкой, на фоне синей керамической стены. Великолепная по цвету и композиции, и вдобавок эта типично социалистическая, семиде-сятническая, теткинская тупость. Вот, думаю, купил бы такую! Зашел в магазин при музее - посмотреть, может, у них хотя бы открытка с нее есть. Гляжу, а фотка эта красуется на обложке каталога! Как самая выигрышная с точки зрения кураторов, надо полагать. Т.е., вкусы мои стали совпадать со вкусами большинства, типа «мыла никто не ест». Но это так необычно, после десятилетий занятия искусством для «своих», всегда требовавшим объяснений. Вроде вынырнул и вздохнул полной грудью. Или напротив, попал в миры, где вообще не требуется дышать?
Смотрел «Енуфу» в постановке Баварской оперы. Очень динамично поют, хоть и на немецком. Но в сцене сельского праздника Енуфа, к моему разочарованию, не прихлопывает в такт крестьянской песне и танцу пьяного Лацо. А для меня именно в этом жесте квинтэссенция оперы. Великое, странное искусство оперного театра, когда всё под музыку и поют, но успех может зависеть от такой мелочи, как прихлопывает или не прихлопывает Енуфа.
28.01
Я слышал, что «Портрет мудака Ройтбурда» был объявлен «порождением космического мусора». В современной России был объявлен... Или «порождением космического ужаса»? Я не разобрал. Но так или иначе, он был заклеймен. Ну и ну! Куда смотрели Павловский и Гельман?!
29.01
По поводу Мониных увлечений информатикой и рассуждениям о «другой эпохе» - «дигитальной», «мусорной» или какой-то там еще. Вот это воистину буржуазные разговоры, вычисления «другой», новой эпохи - все равно, что разговоры о погоде на поле битвы. Или, чтобы не было так уж зловеще, скажем: на футбольном поле. Конечно, погода влияет на ход игры - поле вязкое, мяч скользкий, но играют-то все равно в футбол, а не в погоду.
30.01
Читал о зимних пейзажах Рембрандта и о «пейзажных машинах» Геркулеса Зегерса. Рембрандт коллекционировал его офорты. Изучение старого искусства - как блуждание в бездонной сладкой пещере, где открываются все новые закоулки. И все они связаны между собой. Точнее сказать, каждый из них есть тот самый Закоулок, который сводит улицу с ума. Лет двадцать назад, когда я занимался «поэтическими машинами», офорты Зегерса могли бы вдохновить меня на создание целой серии «перформансов» и «инсталляций». Но, может, хорошо, что этого не произошло, потому что я еще бы лет пять потом тупо шел по этой линии, улице.
История изогнута, совершенно изогнута,
остались только гнутые зубки -офорты Зегерса, например, и прочие маргинальные Кафе-Минутки.
Кафе-Минутка на остановке замызганной, откуда автобусы идут на юг и на север -Никуда они не идут! Только грязные подтеки на окнах станции той вымеряют потери.
Но в грязных подтеках на станции той петухи, кабаны и прочая живность, садись в автобус, не бойся, дуралей, воткни себе в зад их дешевых сидений костливость.
Да, я думаю, это имеет отношение и к той ГДР-овской тетке в сиреневом платье на фоне синей кафельной стены. Тем более, самая известная ГДР-овская писательница, Анна Зегерс взяла себе псевдоним как раз в честь Геркулеса Зегерса.
31.01
Фестиваль фриджазовой и экспериментальной музыки в Прибалтике. Публика, впрочем, с виду самая непритязательная, да и обстановка больше напоминает советский дом отдыха. Уже с утра, разложив свой закусон по столикам у тропинки вдоль моря, все начинают квасить. Что не мешает истово отдаваться музыке. Кто-то из участников наложил свои импровизации на магнитозапись таких посиделок. Получилось прекрасно!
И еще эта тропинка в дюнах вдоль моря. И люди, пьянеющие, дружелюбные - предлагают присесть к их компании, попробовать каких-нибудь домашних драников.
Что, опять тетка в сиреневом платье? О, конечно, конечно!
Это из серии «Под мостом»: композиция для магнитофонной ленты, называющаяся «Под мостом». Помню, мы шли с Таней Могилевской вдоль набережных Сены. Я был с похмелья и крутил в руках баночку пива. Под мостом сидели клошары за красным вином. Они что-то весело стали кричать мне вслед.
- Что они кричат? - спросил я у Тани.
- Они кричат: «А пить, между прочим, вредно!».
01.02
