В Москве у Монастырского. Обычный разговор - о Делезе, Хайдеггере, бытии/небытии и т. и. Но под конец, когда я уже собирался уходить, Моня стал с восторгом рассказывать о насекомых - о бабочках, мириадами летящих из Канады на зимовку в одну и ту же долину в Мексике, о жуке, выбрасывающем кислоту с частотой 500 сокращений в секунду, так быстро, что она не успевает обжечь его задний проход. Способность М. восторженно интересоваться вдруг чем-то другим сродни его собственному творчеству.
28.10
Все страшнее, страшнее удел одиночества, но если мазать быстрой волной по бумаге... Тем более - для центрального поля зрения - мы смогли перевести глаза на этическое, на белое, на народное, на покров.
Ходили в «Гараж» на выставку «Перформанс в России». При всей кажущейся «жизненности» и незаведомо-сти, средства перформанса скудны - опять и опять тянуть веревки, привязываться, приковываться, раздеваться донага, копать ямы, кричать... Придумать здесь что-то оригинальное почти невозможно. Однако дело и не в этом - но в резких, фантазийных касаниях реальности. Подобно кричащему Бренеру - на том месте, где стоял памятник Дзержинскому. Подобно неожиданно свежо смотрящейся «Среднерусской возвышенности» - вроде блестящих придурков, которые создают себе чудо сами, а не вымаливают его на тротуарах.
В общем, как всюду и везде, это вопрос смелости. И организаторы выставки, бездумно следующие дешевой концепции Гройса о тождестве авангарда и тоталитаризма, но побоявшиеся засветить ту единственную «актуальную» работу, которая в самом деле перевернула всю историю русского перформанса - Ри$$у Кю1 в храме - рискуют превратить искусство перформанса как раз в копошение разнообразно связывающих и раздевающих себя Чебурашек.
03.11
Смотрел запись обсуждения нашего фильма после показа в Киеве. Разговор опять заходит о «предвидении». Никита полагает, что такая способность сродни не пророческой ясности, но преимуществу слепого в темноте. Особая, всей жизнью ущербной выработанная чуткость слепого. Ценность безадресной, бескорыстной возвышенной речи. И ее же смущение в темноте.
Вопрос только, как связать два значения слова «чуткость» - от чуткости восприятия к чуткости эмпатии и сочувствия. Одно ведь еще не гарантирует другого. Наоборот, «способность «чувствовать больше» является наиболее ранним, наиболее тонким и несомненным проявлением посредственности», - так примерно говорится у Музиля.
Я думаю о художнике Сергее Захарове из Донецка. Никаком не интеллектуале, не концептуалисте. Он действовал под дурацким псевдонимом «Мурзилка», но по сравнению с его подвигом никчемными мурзилками кажутся как раз все наши левые, критически мыслящие товарищи.
Два самых значительных для меня сейчас художника - вот этот «Мурзилка», Сергей Захаров, и Како Цудзи, великолепный эксцентрик, эклектик, дзен-буддист из Киото начала XX века. Причем, они не так уж далеки друг от друга. Две стороны «чуткости».
12.11
Опять в аэропорту. Тащу целый рюкзак купленных в Москве книг. Как будто ветхая старуха, и ветер поник... Как будто ветхая старуха, решившаяся все-таки встать, и вот она лунной ночью...
16.11
Я разорван между Тернером и повседневностью, между Соснорой и повседневностью, между повседневностью и подлой повседневностью.
18.11
Он был расхлябанный какой-то, неминучий, но над звездный,
бритые пузыри пуская,
стая эмсиков мотоциклетных его искала,
как березовую рощу, -
такая
в нем метелок риса, юэских воинов панцирность была большая -
а эти уские, московские, на мотоциклах, его искали, как березовую рощу -
он моби диком пузыри пуская -
такая эпохальность, -
когда все прочие себя к брусчатке прибивая, или слоново, старчески, самодовольно сидя, он метелками риса шастал и скрывался от стаи эмсиков на мотоциклах -огромные пространства покрывая.
21.11
Юношеская тема безумия личности сыплется, сыплется. Как мухоморы в лесу. Маленькие разжиревшие мухоморы. Именно те, что морят мух. 1оворят, что им прислуживают какие-то слуги-казахи, ходят за ними с корзиночками еды. Это когда мухоморы снимают георгиевские ленточки.
22.11
Снова в Москве. Проходил мимо Белорусского вокзала. Сбоку в горах увидел поэта Игоря Сида, председателя «Крымского геопоэтического клуба». Он увлеченно целился фотоаппаратом в снеговые вершины. Насколько я знаю, Игорь Сид теперь сторонник тотальной геопоэтической дружбы между народами.
26.11
Вчера был в гостях у Монастырского, сидели с Дашей и Сабиной. Под конец сцепились из-за политики, когда я обвинил их в конформности к путинскому режиму. Все кричали, я никогда не видел Моню таким возбужденным. «Я - буддист, а ты - даос в одежде из листьев! Тебе нужна война. Ты со всеми воюешь! Почему ты требуешь, чтобы я стал даосом?!» - так кричал Моня.
06.12
Стоит мэн, утверждает (копает) дифферент, штольню зудит,
на носу огонь корабельный горит,
он вопрошает, нищий почтальон,
но звон Ольгин княгини не льется -
в лютики заключен.
За решетками сырых теней
коровы купается голова:
«Мама была права. А ведь мама была права!»
Эта вечно грязная розовая трава.
07.12
