Уложив Воропаева на кровать – она почти не пострадала, разве что спинку украсили сюрреалистичные царапины, - потеплее укутала пледом. Едва различимые до этого волны дрожи переросли в озноб. Так ведь не должно быть? Лихорадочный блеск зеленых глаз подтверждал мою догадку.
- Я вызову «Скорую»…
- Нет! – на отчаянный возглас ушли все оставшиеся у него силы. - Нельзя никого… звать… Просто… посиди здесь… рядом…
- Артемий Петрович! Пожалуйста, не надо спать! – он никак не отреагировал, и я по-настоящему испугалась. - Артемий Петрович!
- Говори со мной, не молчи... Еще несколько минут… станет легче…
Слова застревали в горле, но я говорила. Рассказывала, как люблю его, обещала, что всё будет хорошо, грела дыханием похолодевшие пальцы. Он дышал тяжело, прерывисто, лишь изредка приоткрывая глаза, чтобы убедиться в моем присутствии.
Постепенно меловые щеки порозовели, дрожь прекратилась. Дернулась, когда Воропаев крепко сжал мою ладонь. Живой, слава Богу, живой!
- Надеюсь, ничего не перепутал, - Печорин подкрался незамеченным, держа в руках стакан с молочно-карамельного цвета жидкостью. – Помогите-ка мне, Вера. Голову придержите, лады?
«Делай, как он говорит. Надо вывести остатки яда».
Я придерживала голову Воропаева, пока вампир поил его жидкостью из стакана.
- Не п-пронесет?
- Не должно, я селедку не добавлял. Вдохни и выдохни.
Он закашлялся, прикрывая рот ладонью.
- Э-э, а вот обратно не надо! Вера, принесите водички!
На кухню меня посылали еще дважды: набрать в пиалу теплой воды и найти чистые полотенца. Наткнувшись на открытую бутылку коньяка, сделала глоточек. Гадость какая! В нормальном состоянии даже не притронулась бы, но сейчас мне требовалось успокоиться. Новый глоток побежал по пищеводу приятным теплом. Всё, хватит, так и спиться недолго. Хотя в моей теперешней реальности это меньшее, чего следует ожидать. Я, заляпанная чужой кровью, чуть было не съеденная, совершенно разбитая, стою посреди кухни, чьим хозяином является вампир. Пустяки, с кем не бывает? Гораздо печальнее, что подобные казусы грозили превратиться в традицию.
***
- Давно мечтал сделать ремонт, - признался Печорин, отжимая тряпку. - Эксперименты с дизайном, эстетический гипноз! В том углу поставить гробик на колесиках, в этом – котел с раскаленным свинцом. В центре будет алтарь (свечи и трупы прилагаются), а на стенах… ммм… на стенах я бы повесил орудия пыток, щипцы там всякие, ножики…
Я молчала, сметая в кучу мелкий мусор. Вампир продолжал разглагольствовать, протирая заляпанные поверхности и спотыкаясь об обломки. Мы гнули спины уже больше двух часов, но комната по-прежнему напоминала поле битвы.
- По-моему, кровь на обоях смотрится очень даже романтично. Давайте оставим?
Не услышав вопроса, машинально угукнула. Голова была забита совсем другим.
- Да, Вера, беру свои слова обратно: у вас определенно есть вкус! Не знал, что вы такая кровожадная.
Захотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжелым. То, что случилось, было виной его вампирских дружков, а Бенедиктович даже не чешется! Ума не приложу, как он будет объясняться с соседями (не услышать царившего здесь ада мог только глухой), вставлять выбитые стекла и... Да проще сказать, чего делать не придется!
Отшвырнув веник – толку от него никакого, – я решила проведать Воропаева.
Артемий Петрович лежал на спине и выглядел значительно бодрее, однако на его фоне бледность ищеек как-то терялась.
- Ругаетесь? – улыбнулся он. - Печорин тот еще гусь.
Я присела на краешек кровати.
- Вы бы лучше поспали.
- На пенсии отосплюсь. Помогите-ка мне…
- С ума сошли?! Не вставайте, - попытка удержать его была встречена неласковым взором.
- Разве я похож на умирающего?
Пришлось согласиться, что не похож: умирающие обычно менее болтливы. Заметив, что Воропаеву холодно, достала из шкафа одеяло. Как после бомбежки, ищем уцелевшие вещи.
- Почему вы не ушли? – вдруг спросил он, испытующе глядя на меня.
- Дверь заклинило.
- Ну а что помешало уйти после?
Пытается найти объяснение, но не может, и это его бесит. Интересно, беги я со всех ног, запрись в квартире, осуши все запасы пустырника и заикайся до конца жизни, это было бы более нормальным, уместным? В тот момент меня заботило только то, чтобы все остались живы и по возможности здоровы. Потусторонние убийцы не очень-то отличаются от обыкновенных, знаете ли.
- Я не смогла уйти, - если не самый прямой ответ, то самый честный.
- И каковы впечатления? – выдавил он. - Вдохновляют?
- Впечатляют. Свались всё разом, было бы хуже, а так… - я усмехнулась с деланной беспечностью. - Меня готовили постепенно, хотели они того или нет.
- Как вы вообще влезли в это? – недоумевал Артемий.
- По официальной версии виноват Дед Мороз…
Я рассказала практически всё, начиная с новогоднего визита и заканчивая черным котом.
Воропаева особо интересовала сцена в кабинете Крамоловой. Вспоминая все мыслимые и немыслимые подробности, я окончательно запуталась и начала повторяться.
- Пальцами вот так делала? – Артемий потер друг о друга кончики большого и указательного.
- Постоянно. Говорила о всякой ерунде…
