Книжный злодей. А что, если… Алекс отчаянно цеплялся за мысль, но препараты, похоже, уже начали действовать.
– Что мне ввели? – Бросил он в пустоту, не надеясь на ответ, но вопреки, вкрадчивый голос отозвался.
– Кое-что для стимуляции вашей памяти. Видите ли, господин писатель, то, чем, Вы обладаете сейчас, лишь малая часть способностей. Остальная заперта вместе с воспоминаниями. Я подумал, стоит их восстановить, и вся мощь 24уникального дара литературного гипноза вернется к вам. Надеюсь, Вы даже переплюнете свою матушку и поможете мне превратить Социум в совершенное место.
– Совершенное место для безвольных рабов?
– Как банально. Совершенное место для идеальных людей.
– Вам-то это зачем? Тщеславие?
– Допустим, мне надоело быть серым кардиналом, пока другие веселятся за мой счет. Но что-то мы разболтались. Итак, первый этап нашего долгожданного эксперимента. Возвращение.
<p>Глава 32. Passé composé</p>Перед Алексом на столе появился лист бумаги и карандаш.
– Итак, записывайте. Заголовок: моя биография.
– Что за бред?
– Пишите, Алекс, неужели Вам не хочется, вернуть воспоминания?
– Мне хочется, чтобы Вы отправились на прогулку в ад.
– Ад Данте?
– Вам будут рады в любом круге.
– Знаете, стимуляторы – отличная штука. Могут воздействовать точечно лишь на нужные нервные центры. Заметьте, ваша ирония не пострадала, чего не скажешь о воле… – Алекс, вдруг, почувствовал ужасную слабость от попыток сопротивляться приказам Ограничителя.
– Вот видите. Пишите. – Алекс послушался.
<p>О Ветре, Мраке и Снеге</p>– Ветер, скорей сюда! Кажется, он умирает!
– Клади, клади его на землю, Снег!
– Ну что ты стоишь, Мрак?!
– Как, как тебе помочь? Скажи! Человек, пожалуйста, скажи, как?
– Он не слышит!
– Не правда! Он не может так поступить! Мы ведь почти нашли ее!
– Ох, тихо! Кажется, он сейчас очнется…
– Где…
– Все хорошо! Ты с нами! Лежи!
– А она…
– Мы найдем ее, обещаем! – Бледный Человек указывал куда-то за спину Мрака.
– Кто там?
– Обернись, сынок. Она пришла. Слишком поздно. – Ветер, Мрак и Снег разом оглянулись туда, куда указывал человек своей ослабевшей рукой.
– Кто вы, госпожа? – с несвойственной почтительностью спросил Ветер, робевший под пристальным тяжелым взглядом незнакомки.
– Твое счастье, Ветер, что не знаешь меня. А вот спутнику Вашему нечего делать в такой странной компании. Тебе пора, человек, я заждалась.
– Смерть! – Воскликнул Мрак.
– Но почему он? – Разозлился Снег.
– А почему нет? – Смерть картинно развела руками. – Разве он лучше остальных? Разве ему уготована какая-то особая доля? И что вам, братья, от него нужно?
– Мы не родня тебе. Мы любим жизнь и дорожим каждым.
– Вот как? Но разве не ты, раздув грудь, сеешь несчастье, уничтожаешь урожай, опрокидываешь деревья, губишь невинных? – Ветер поник. – И не ты ли, Мрак, по каплям высасываешь силы из больных душ, даря лишь черноту и становясь моим предвестником? – Мрак дернулся, будто от удара. – Ах, да, Снег. О тебе и говорить нечего, милый друг. Сколько погибло в твоих ледяных объятиях? И вы трое еще вздумали судить меня?
– Постой, Смерть, не забирай его! – Воскликнул Снег. Он еще не выполнил предназначение.
– Что за глупости? Вы начитались детских сказок?
