– Почти, – ответила я ему, а потом посмотрела на седобородого мужчину и сказала. – Доброй ночи. Как поживает Ваш сын?
Старик засмеялся и, хитро прищурившись, провел тяжелой ладонью по бороде. Затем он кивнул в сторону танцующих и сказал:
– Полагаю, сегодняшний вечер станет одним из самых незабываемых в его жизни.
Я проследила за взглядом мужчины и увидела, как мальчишка, тот самый, что, как две капли воды, похож на отца, вьется лентой вокруг смущенной Ольги. Смущенной, но улыбающейся. Парень заметно возмужал, и я поняла, что, возможно, сильно ошиблась насчет его возраста в прошлый раз.
– Сколько ему лет? – спросила я, обращаясь к его отцу. – По моим расчетам, ему сейчас не больше тринадцати.
– Шестнадцать, – гордо, но не без нежности ответил мужчина. – На самом деле Вы далеко не первая, кто дает ему меньше, чем есть. В молодости, – тут мужчина снова провел рукой по седой бороде и лукаво посмотрел на меня, чем вызвал мою искреннюю улыбку. – И я выглядел гораздо моложе своих лет.
– Ольга завтра уезжает от нас вместе Романом и его сыном, – сказал Влад, глядя на меня. При этом лицо его было невозмутимо спокойным, и только темно-синие глаза безмолвно спрашивали: «Ты же знаешь, почему?»
Я знаю, Влад, знаю. Я перевела глаза на мужчину:
– Вы забираете ее навсегда?
– Конечно, – ответил он. – Сомневаюсь, что мой сын сможет отпустить такую прелестную даму, если уж она переступит порог нашего дома.
– Вы собираетесь их поженить? – удивилась я.
– Пока нет, – засмеялся мужчина. – Но, судя по всему, будущим летом уже Вы приедете к нам в гости, – тут мужчина поднялся, с довольным кряхтением разгибая спину. – А сейчас, молодые люди, я вынужден Вас оставить, потому как моя супруга любит потанцевать.
С этими словами он слегка кивнул головой в знак того, что мы еще увидимся, и растворился в людской толпе.
Я повернулась к Владу:
– Прости меня. Пожалуйста. Я понимаю, слов недостаточно, и все же я прошу…
– Лера, успокойся, – остановил Влад начинающийся у меня, приступ панического самоедства. – Это было неизбежно. Ольге нельзя было здесь оставаться, иначе я превратился бы в идею-фикс, а она – в старую деву. Я даже рад, что так случилось. По крайней мере, я знаю, что она в надежных руках.
– А Игорь?
– Игорь остается с нами.
Он смотрел на меня спокойно и открыто, попутно разглядывая мое лицо, словно мы не виделись тысячу лет.
– Как полетали? – просил он и опустил глаза в тарелку, стоящую перед ним, и по одному этому движению я поняла – как бы он ни старался, как бы ни пытался себя убедить, все это слишком сильно и слишком больно, чтобы вот так, по щелчку пальцев, принять подобное, как само собой разумеющееся.
– Влад, ты пойми, он ведь не мужчина, он тебе – не конкурент. Он же вообще не человек. Он – явление природы, для удобства облачающийся в костюм человека. Стихийное бедствие. Как лавина или цунами. Ревновать глупо…
– Дело не в ревности, – перебил меня Влад, не поднимая глаз. – Просто… Это как в песне. Помнишь такую…? – и тут он тихонько запел своим низким, бархатным голосом, от которого кожа моя мгновенная покрылась мурашками:
Он был старше ее, она была хороша,
В ее маленьком теле гостила душа.
Они ходили вдвоем, они не cсорились по мелочам…1
Он поднял на меня синие глаза и сказал:
– Не знаю, слышала ли ты эту песню…
– Я её знаю, – я взяла его за руку, и тепло его тела магнитом потянуло меня к самому любимому на свете человеку. Я не стану рассказывать ему, как холодно там, где горят звезды, я не буду говорить, что за возможность видеть то, что никогда не увидит ни один человек, я умираю миллиарды, миллионы раз в секунду и заново начинаю свою существование лишь для того, чтобы умереть снова и снова. Я сама этого хотела. Но…
– Я не забуду. Я всегда буду возвращаться домой.
– Да уж… – протянул он, а затем снова запел:
А потом, поутру она клялась…
И уголок его губ пополз вверх в усмешке над самим собой. Я сжала его руку:
– Влад, со мной такого не будет.
– Откуда ты знаешь?
Я раскрыла рот, чтобы все объяснить, но тут к нам подлетели молодые парни и девушки, вытаскивая нас из-за стола и заглушая недосказанное потоком смеха и гомона счастливых голосов. Мы потеряли друг друга в музыке, смехе, танцах и безудержном веселье.
Остаток вечера мы провели порознь. Лишь когда за окном забрезжили предрассветные сумерки, гости, наконец, сдались во власть сна. Разбредаясь по замку, они занимали отведенные им комнаты, а мы – я, Ирма, Косой, Игорь и Влад, остались, чтобы навести порядок. Благодаря волшебству , все заняло не больше получаса – грязная посуда самостоятельно отправилась на кухню воздушным путем, мусор сам собрался в пакеты и отправился в утилизацию, и все, что потребовалось от нас – так это отнести на кухню хрустальный сервиз из невероятного количества бокалов, которые Ирма не позволила отправлять по воздуху, переживая за их сохранность. Когда последние бокалы были убраны в огромный подвал, находящийся прямо в кухне, а дверь его плотно закрылась, я обернулась.
