– Я согласен и с доктором Хорватом, и с вами, сэр. – Когда глаза Кутузова изумленно округлились, Род торопливо добавил: – Они могут быть весьма и весьма опасны, но не следует упускать из виду тот факт, что нам, вероятно, крупно повезло. Что, если контакт с мошкитами – величайшая удача, подвернувшаяся нам? Но проблема, конечна, двояка. Повторюсь, сэр, в любом случае, чем больше мы о них знаем, тем лучше, разумеется, с учетом принятых предосторожностей.
– Угу. Спасибо за честность, капитан. Если я дам разнарядку, возьмете ли вы на себя личную ответственность за нейтрализацию любой угрозы со стороны послов-мошкитов? Мне нужно не просто ваше повиновение, я надеюсь на ваше добровольное сотрудничество, капитан.
«Значит, Хорват разочаруется во мне и не найдет во мне союзника, – пронеслось у Рода в голове. – Поначалу министр науки обрадуется, что может взять хоть какие-нибудь подарки, но потом выдвинет свои условия, на которые я не соглашусь».
– Да, сэр. Я должен отправиться туда и увидеть все лично. И мне необходима мисс Фаулер.
Кутузов прищурился:
– Вы будете отвечать за ее безопасность?
– Так точно, сэр.
– Хорошо. Вы свободны.
Род и Салли удалились, а командор Борман уставился на адмирала. Неужели Кутузов лукаво улыбался? Нет, быть такого не может! Ему просто померещилось.
Но Кутузов не хотел вдаваться в подробности. Адмирал не собирался обсуждать капитана – и будущего маркиза – с Борманом. А его невысказанный ответ звучал бы приблизительно так: «Чтобы поддержать активность Блейна, стоило рискнуть мисс Фаулер. Блейн – прекрасный офицер, когда не слишком много думает». Пусть Кутузов никогда не покидал мостика, но следить за моральным состоянием подчиненных входило в его обязанности, и он всегда относился к этому очень серьезно.
Конфликты вспыхнули с новой силой. Хорват хотел взять все подарки и полагал, что Род не пожелает снова тревожить адмирала. Когда Хорват понял, что на Рода не действуют увещевания, министр был вынужден признать, что «медовый месяц» закончился. Терзаясь гневом и страхом, он наблюдал, как люди Блейна начинают разбирать подаренный корабль, разрезая на части хрупкие агрегаты и пакуя их в пластиковые контейнеры.
Для Рода это было время возвращения к полезной деятельности – уже в обществе Салли. В свободное время они разговаривали и пили бренди – иногда в компании отца Харди. Слушая споры Салли и Харди о теоретических тонкостях культурного развития, Род начал усваивать азы антропологии.
Когда корабль добрался до точки Безумного Эдди, Хорват впал в неистовство.
– Вы ничуть не лучше адмирала, – мрачно произнес он, глядя, как техник подносит резак-горелку к агрегату, который генерировал поле, изменяющее молекулярную структуру очередного чудо-кофейника (тот стоял неподалеку). – Кстати, у нас уже есть один кофейник. Может, вы дадите мне и этот?
– Нет, мистер Хорват, – ответила Салли с улыбкой. – Мало ли что может случиться.
– Мошкиты – гении своего дела! – фыркнул Хорват. – А вы еще осторожнее Блейна. Надеюсь, вы знаете, что делаете.
Салли развела руками.
– Пожалуй, разрежьте и здесь тоже, – сказала она технику.
– Да, мисс, – мужчина передвинул резак.
– О!.. – Хорват уныло отправился на поиски Харди.
Священник взял на себя роль миротворца – и слава богу, – иначе связь с катером прервалась бы в течение часа.
Техник завершил работу и уложил все детали в подготовленный ящик. Залив его пластиком, он запечатал крышку.
– Снаружи стальной кожух, сэр. Пойду заварю его.
– Отлично, – кивнул Блейн. – Я осмотрю все позднее. – Когда техник покинул помещение, Род повернулся к Салли: – Забавно, но Хорват прав. Вы действительно стали осмотрительной. Почему?
Салли пожала плечами.
– Пусть вас это не волнует.
– Ладно.
Салли выключила свет.
– Вот и протозвезда Бакмана, – произнесла она, взяла Блейна за руку и подвела к иллюминатору. – Мне никогда не надоедает смотреть на нее.
Некоторое время, пока их глаза привыкали к темноте, Угольный Мешок казался сгустком тьмы. Затем Род различил багровое свечение и заметил крошечные красные водовороты, мерцающие на черном фоне.
Они стояли совсем рядом. В последнее время так бывало часто, и Роду это нравилось. Он провел пальцами по ее спине и дотронулся до завитка ее волос возле уха.
– Скоро вам придется общаться с послами мошкитов, – прошептала Салли. – Вы уже подготовились, Род?
– В принципе, да. Может, надо предупредить послов, хотя, с другой стороны, риск очень велик… да и план адмирала продуман.
– Вы правы. Как хорошо будет вернуться обратно, туда, где много звезд! Род, как по-вашему, на кого похожи послы мошкитов?
– Понятия не имею. Но мы скоро это узнаем. Вам не кажется, что вы слишком много болтаете?
– То же самое говорит дядя Бен.
Род ничего не ответил, и они оба замолчали и еще долго стояли у иллюминатора.
– Внимание! Прибывают!
– ОТКРЫТЬ ДВЕРИ АНГАРНОЙ ПАЛУБЫ! ВЫДВИНУТЬ ЛИНЕЙНЫЕ СТАПЕЛЯ!
– ПОДГОТОВИТЬ ЛЕБЕДКИ!
Шлюпка скользнула в утробу «Ленина». Вторая шлюпка – с багажом – ждала своей очереди: на нее переправили даже скафандры мошкитов. Пассажирская шлюпка, лязгнув, опустилась на стальную палубу.
