— Тебе не подходил слюнтяй Гю-Эль, а это ничтожество Кассэль вообще не считается. Селеста, неужели ты не понимаешь? Ты — совершенство, которое уготовано мне судьбой! Я уверен, что ты забеременеешь сразу же, как только…
— Фабрис!!! — закричала я так громко, как только могла.
Рука Юдеса, скользнувшая на моё бедро под платье, мгновенно исчезла. Губы мужчины сложились в тонкую жёсткую линию, и, прежде чем выпрямиться, он тихо шепнул:
— Зря, дорогая. Очень зря. Знаешь, что случается с дичью, которая слишком долго дразнит тигра?
Когда эмиссар быстрым шагом появился из-за перегородки с растительностью, Юдес уже отошёл к окну. Кроме моего зашкаливающего пульса и стука молоточков в ушах ничто не выдавало того, что только что могло произойти.
— Господин Лацосте, вы уже закончили? Я могу отвезти госпожу Гю-Эль к ней домой? — вежливо уточнил эмиссар, кинув на меня беглый взгляд.
— Да, конечно, — скучающе бросил Юдес, рассматривая что-то сверхинтересное за стеклом.
На подрагивающих ногах я встала с кресла и инстинктивно опёрлась на локоть Фабриса, чтобы не упасть. Брови эмиссара высшего звена на миг удивлённо взмыли на лоб, но он тут же расслабил лицевые мышцы и сделал вид, что так и надо.
Уже когда мы двинулись на выход, в спину кинжалом вонзились слова:
— Ах да, Селеста, совсем забыл сообщить: свадьба назначена на завтра. Мой секретарь всё организовал. Будь готова к восьми утра.
Льерт Кассэль
Я мерил каюту шагами и тщетно пытался успокоиться. Гнев клокотал где-то за рёбрами — то ли в сердце, то ли в лёгких — тугой пульсирующей болью отдавался в копчик, откуда когда-то рос хвост, и включал фантомные рецепторы. Будь у меня сейчас пятая конечность, я уже посшибал и покрошил бы в щепки всю каюту…
Нет, меня не связали, не били и не морили голодом — просто изолировали — но как же это бесило! Стоило мне только вспомнить бледное лицо Селесты и её испуг, когда старший эмиссар потянул к ней свои лапищи, как хотелось выломать дверь, найти любимую женщину, крепко сжать в объятьях и успокоить… и набить морду этому недоумку!
Но любой порыв броситься с голыми кулаками на дверь и добиться своего глушился воспоминанием потрясения и неприкрытой муки на лице Селесты, когда я признался, что являюсь чистокровным цваргом. Помножить это на потерю сознания — как сказал док, это уже даже не звоночек, а пушечный выстрел о том, что у госпожи Гю-Эль колоссальный стресс, — и как результат, ей сейчас нужен только покой.
Как только цваргиня потеряла сознание, я буквально угрозами потребовал взять меня на борт СБЦ. Вначале Фабрис Робер не хотел, считая меня лишним балластом на борту, но когда я упомянул, что уже как полгода живу с Селестой и являюсь гражданином Цварга, им всё-таки пришлось взять и меня.
Правда, вышло всё не так, как я хотел. Совершенно не так. Мало того, что я так ни разу и не увидел любимую женщину, никто не сказал, где она и как себя чувствует.
Нестабильная сингулярность! Всё же я не вытерпел, развернулся и с силой ударил кулаком по обшивке иллюминатора.
— Браво, — раздался ехидный голос позади. — Теперь разнесите каюту к шварховой матери, нарушьте герметизацию корабля, и давайте мы все вместе погибнем в открытом космосе.
Я стремительно развернулся и облил испепеляющим взглядом дока Службы Безопасности Цварга. Правда, ему от моего взгляда было хоть бы хны.
— Эта модель межзвёздного лайнера разрабатывалась изначально под гражданские нужды и была спроектирована так, чтобы в случае пьяных драк на борту никто не смог повредить грубой физической силой внешнюю часть. Перегородки между каютами хлипкие, но обшивки иллюминаторов дополнительно укрепляли. Вреда кораблю я бы не нанёс.
Док хмыкнул.
— Какие у вас интересные познания. Признаться, если поначалу я сомневался, что вы дали о себе правдивую информацию, то сейчас все сомнения отпали.
— Что с Селестой?
— Вас это не касается, — дежурно ответил док, ставя на стол переносную аптечку. — Мне необходимо повторно у вас взять кровь на анализ, чтобы к прилёту ваша личность была официально идентифицирована. Сядьте, пожалуйста.
— Вы можете мне объяснить, как эмиссары нашли её? — спросил, не двигаясь с места.
— Вас это не касается.
— Она никому, кроме меня, не говорила, что является цваргиней! — Я сам не осознал, как мой голос перешёл в рык. — И сейчас она думает, что это я её подставил…
— Во-первых, если вы думаете, что угрозами чего-то от меня дождётесь, то крайне заблуждаетесь, — резко перебил мужчина, ощерившись. — Я вам не беззащитная девушка, над которой можно измываться, а полноценный цварг! У меня есть хвост и рога. Во-вторых, я уже составил отчёт на ваш счёт и с удовольствием добавлю туда строчку о повышенной агрессивности. Сядьте!
Ярость плетью хлестнула по нервам, но колоссальным усилием воли я взял себя в руки и сел на табурет. Док кивнул и приступил к делу.
— Я никогда бы не сделал ничего из того, чего Селеста бы ни хотела сама. Я чистокровный цварг из рода Кассэль…
