Я неверяще смотрел в точку на стене перед собой, всё пытаясь собрать ускользающие мысли в сторону. Внутри меня разрастался ураган, и я ещё никогда не чувствовал себя настолько эмоционально нестабильным… Ураган грозился завернуться в воронку и обернуться катастрофой.
— Ни за что их не отдам! — Я резко поднялся со стула. — Что я должен сделать?
Позади раздался громкий лязг и «бух». Хлипкий пластиковый стул не выдержал… Кажется, я немного не рассчитал.
— Вот этого я и боялся, — наблюдая за моим стулом, произнёс Мишель. — Льерт, вы цварг, а следовательно, вы не имеете права на яркий эмоциональный фон. Кроме того, вас уже однажды судили по протоколу депрессии альфа-волн. Вы понимаете, что вам придётся пройти полную проверку на стабильность из-за вменённого жестокого обращения с невестой?
— Понимаю.
Мишель отрицательно покачал головой и устало потёр лицо руками:
— Нет, Льерт, не понимаете. Всякий раз, когда речь заходит о Фьённе Агасси, даже я чую вину в ваших бета-колебаниях. Протокол депрессии альфа-волн существует исключительно на Цварге потому, что рога — это такие же органы чувств, как зрение или обоняние для большинства рас. Если гуманоид видит труп, а над ним другого гуманоида с занесённым окровавленным ножом — это доказательство в суде. Если цварг видит другого цварга с мёртвой цваргиней на руках, а в воздухе отчётливо разливается вина, боль, да ещё и следы воздействия… — Мишель тяжело вздохнул. — Это плохо, в общем. Вы должны перестать себя винить за смерть невесты. Только тогда у вас есть шансы остаться с Селестой. В противном случае, я даже не хочу думать, что будет с вами и с ней.
— Хорошо, я понял, — мрачно сообщил юристу.
Мишель поднялся со стула, мельком глянув на коммуникатор. Очевидно, время встречи истекло.
— Ваше дело разбирается уже завтра, — сказал он перед выходом.
— Завтра? Вот уж не думал, что АУЦ так благодарны за многолетнюю службу, — я не удержался, чтобы не съязвить.
— Не в этом дело. Селеста сегодня заявила в прессе, что беременна. От вас. Общественность негодует, кто-то уже раскопал ваше прошлое… АУЦ должны как можно быстрее разрешить ситуацию, иначе настолько резонансный случай может вызвать волнения. Вам что-то надо до завтра? Средства связи пронести не могу, но в рамках разумного…
— Карты галактик Федерации принесите, пожалуйста. Я долго был заперт на астероиде, хотел бы освежить свои знания.
Мишель бросил на меня удивлённый взгляд, но кивнул.
Селеста Гю-Эль
— Назовите, пожалуйста, своё полное имя и звание.
— Льерт Кассэль, капитан разведывательной яхты «Сверхновая».
— Вы готовы пройти освидетельствование работы резонаторов?
— Да, готов.
Я смотрела во все глаза на широкую спину мужчины и старалась держать себя в руках. Невзрачная серая ткань обтягивала напряжённые плечи и руки Льерта. Его светлые волосы с разноцветными прядками были собраны в строгий высокий конский хвост и сияли в ослепительных лучах солнца, пронизывающих зал через прозрачную крышу и окна. На весь зал было всего два светловолосых гуманоида — я и Льерт. Вот только я, чтобы не привлекать лишнего внимания, надела чёрную шляпку вдовы и закрыла лицо вуалью, а на Льерте сейчас сходились взгляды десятков цваргов.
Отдельно стоящие кафедры членов Аппарата Управления Цварга расположились полукругом, несколько эмиссаров Службы Безопасности Планеты замерли ближе к выходу из помещения. Сбоку от всего действа разместились пресс-секретари и несколько специалистов по связям с общественностью. Парочка самопишущих дронов зависли в воздухе, а все остальные — частные лица по спецпропускам, среди которых затесалась и я, агент от Планетарной Лаборатории, цварги в форме ВКСЦ, — заняли места на стульях.
«Маленькое быстрое заседание на полдня, чтобы определиться, что делать со Льертом», как объяснил мне Мишель. Вот же свинтус! Специально так сказал, чтобы я не нервничала, но на деле, когда я увидела всю эту толпу, мне стало дурно. Морально. Ну и физически тоже немного — тошнота подкатила к горлу.
С замиранием сердца я смотрела на то, как высокий щуплый цварг с тонкими кистями и невероятно длинными рогами подошёл ко Льерту и замер напротив.
— Он проходит освидетельствование, что его рога в рабочем состоянии. Держится молодцом, — тихо прокомментировал мне друг на ухо.
