Мы с Льертом стали существенно больше времени проводить друг с другом. Смотреть на звёздное небо вместе больше не получалось — мешали всё те же облака, которые пригоняли ветра, зато мужчина взял за привычку брать спидер и катать меня по Оенталю. Вселенная, как много, оказывается, я не видела на этой планете! Бывали дни, когда Льерт просил собрать побольше еды, складывал контейнер под сиденье, после чего садился за управление, а я прижималась к нему сзади, и мы катались по окрестностям, возвращаясь лишь затемно.
Помимо деревень и городов с самой замысловатой смесью архитектуры, а также просторных частных ферм, на Оентале оказалось достаточно много красивой природы: лесов, полей, степей, озёр… Привычных глазу белоснежных гор не было, зато была яркая — до рези в глазах — долина гейзеров. Я хотела спуститься и посмотреть поближе, но Льерт меня остановил со словами, что все эти фиолетово-алые, изумрудно-лазурные и лимонно-жёлтые булькающие круги на самом деле — концентрированные растворы кислот.
В другой раз мы приехали на невысокий пик, и мужчина мне продемонстрировал издалека реку на противоположенном холме. Или правильнее будет сказать — я подумала, что реку. Лишь приглядевшись, стало понятно, что на самом деле это водопад. Мощный поток воздуха огибал холм и подхватывал воду, унося её практически под горизонтальным углом. Стремительно летящая вода — такое я видела впервые. Даже обхватила себя руками от неожиданности — было странно чувствовать себя настолько крошечной песчинкой в этой огромной Вселенной. Льерт подошёл сзади и молча обнял, поняв моё состояние без слов. Он вообще как-то удивительно чутко и тонко меня понимал.
Когда только начинала замерзать — накидывал свою куртку.
Когда сомневалась, вкусно ли получилось — хвалил.
Когда невольно вспоминала о Мартине или Юдесе — отстранялся.
Льерт вёл себя настолько предупредительно и в то же время корректно, что порой казалось, что сознание играет со мной злую шутку. Вдруг я на Оентале одичала настолько, что всё это одна сплошная галлюцинация? Вдруг Льерт ненастоящий? Ведь не бывает же такого… Или бывает? Мысли и чувства завязывались в один жёсткий и запутанный узел, который с каждым днём было всё сложнее развязать. Я давно пообещала себе, что не будет больше в моей жизни мужчин. Никого и никогда. Не нужны они мне… а Льерт… вообще-то был мужчиной. Особенно чётко я это понимала, когда мы мчались в ночи на спидере, и я прижималась к его широкой спине, крепко обхватывала мощную талию и невольно нащупывала ладонями под смятой тканью конкретно мужские, прокачанные до состояния стали мышцы. Когда утыкалась носом в его шею сзади, недалеко от того места, где он собирал волосы резинкой, и слышала будоражащий кровь исконно мужской терпко-горький аромат. Когда встречный порывистый ветер трепал и пытался снять нас со спидера, а Льерт играючи выкручивал руль и справлялся со стихией так, как я бы никогда не смогла.
Погода менялась. До сезона дождей оставался ещё добрый месяц, но скорость и частота порывов ветра увеличивались, мы всё реже выезжали на природу. Небо окончательно впитало в себя краски с земли. Разноцветные облака теперь резко контрастировали с выцветшей травой и деревьями.
Я понимала, что как только пойдут первые кислотные дожди, мы запрёмся в доме и будем выходить на улицу лишь по крайней необходимости. Заработанных Льертом денег хватало с лихвой, чтобы спокойно пересидеть целый сезон и время от времени выбираться за едой, а я на всякий случай заготовила и убрала по морозильным камерам собранные ягоды, грибы, очищенные коренья кистаса. Просила Льерта закупить кофейных зёрен с избытком, когда прилетал очередной рейс с Федерации. Словно прочитав мои мысли, он приобрёл ещё и подходящие сиропы: банановый, фисташковый, кленовый, манговый и даже из цветов эдельвейса. Когда я разбирала сумку и обнаружила последнюю находку на дне, рука дрогнула. Эдельвейсы росли лишь на склонах муассанитовых гор на Цварге, а значит, корабль так или иначе залетал на мою родную планету. Интересно, на Оентале сейчас есть цварги, или это просто экспорт товара за границу Федерации?
Собственной еды на Оентале, как и на большинстве полуаграрных планет, всегда было достаточно. Другое дело, не многие местные умели сочетать вкусы и имели представление о том, что можно не только жарить в масле на сковороде, кипятить и мариновать, но ещё и томить, запекать, тушить, гриллировать, пассировать и фламбировать — но это уже совсем другая история. Я не боялась сезона кислотных дождей с точки зрения того, что вновь случится какая-то бытовая неприятность, закончатся деньги или еда. Отнюдь. Я переживала, что, живя на такой небольшой территории (а по сравнению с особняком на берегу Ясного моря и личным двухэтажным пентхаусом, дом на Оентале был просто крошечным! Санузел, и тот один, обеденный стол вообще на кухне, а не в отдельной комнате…), мы с Льертом будем постоянно пересекаться и видеться…
