В голосе прозвучало столько заботы и участия, что мне мгновенно стало стыдно. Серые глаза обеспокоенно всматривались в полумраке ночи. Ртуть заполнила всю радужку. Огромные витые рога, так сильно напугавшие меня несколько секунд назад, тёмным силуэтом выделялись на фоне белоснежных спутников и сейчас как никогда напоминали развитые органы восприятий бета-колебаний чистокровного цварга. И при всём этом Льерт всматривался в моё лицо, хмурился и явно не понимал, что со мной. Даже руки на всякий случай с талии убрал. Стало безумно неловко за своё поведение.
— Я тебя напугал? Селеста, что не так? Скажи хоть что-нибудь, пожалуйста! Не молчи…
Я сглотнула колючий ком в горле, понимая, что говорить всё-таки придётся.
— Ничего, всё в порядке…
— Да как же в порядке?! Ты вся дрожишь!.. Прости, я, наверное, был слишком груб…
Льерт засуетился. Он перекатился на колени, поднёс ко мне руки, желая помочь подняться, но резко отдёрнул их, словно боясь, что я могу снова негативно отреагировать на его прикосновения, затем снова поднёс… Чувство бесконечной вины затопило меня с головой. Как можно было подумать, что Льерт хоть чем-то похож на классического цварга? Вселенная, если тут кто-то и виноват, то только я.
Я сделала глубокий вдох и призналась:
— Нет, это ты меня прости… просто внезапно мужа очень напомнил.
Льерт Кассэль
Если бы цварги умирали от разрыва сердечной мышцы, то я бы за эти сутки был мёртв уже несколько раз. Вначале, когда пришёл к Селесте с целью сообщить, что не могу без неё, а она огорошила меня эманациями страха и контрактом на передачу прав. Единственный логичный вариант, который я смог предположить, — что за то время, пока пытался отучить свой организм от её эмоций, она нашла себе действительно подходящего мужчину.
Не передать словами, как я обрадовался, что она просто хотела отдать мне свободу, которую, как наивно считала, у меня забрала. И я решился. Решился сознаться ей в том, что не могу без неё жить. Просто хочу быть рядом, иметь возможность заботиться, прикасаться, слышать её голос и цветочные эмоции, видеть лучезарную улыбку, дышать одним воздухом…
Космос, как всегда, несколько увёл мои намерения в сторону. Впервые за столько времени кто-то с интересом меня слушал, и хотелось делиться, рассказывать, рассказывать, рассказывать… Фьённа никогда не проявляла интереса к космосу, ей нравилось смотреть на красивые картинки, но стоило мне сказать «гравитационная аномалия» или «нестабильный туннель», как она тут же кривилась и просила не грузить её сложными терминами. Астрофизика — последнее, что её интересовало.
Запах эмоций Селесты дурманил и уносил в страну грёз. Я понимал, что это неправильно — так открыто навязываться девушке, которая приютила умирающего раба. Я понимал, что Селеста заслуживает большего… Опять же, разные расы, разный возраст и менталитет… Но ничего не смог с собой поделать. Одно её присутствие рядом вводило меня в состояние сладкого сна, навеянного гипнозом…
Почему гипнозом?
Да потому что не бывает так, чтобы красивая молодая девушка ответила взаимностью на чувства мужчины во много крат старше неё, с искалеченным прошлым, изгоя на собственной планете и, ко всему, бывшего каторжника. Если она хотя бы согласится делиться со мной бета-колебаниями и дальше — это уже будет счастьем…
Поцелуй случился внезапно. Это было безумием, но оказалось выше меня. Селеста была такой тёплой и живой, такой хрупкой, трепетно-искренней и женственной, что я просто не мог не спросить разрешения её поцеловать, а дальше… Одуряющие эманации, упоительный аромат, сводящие с ума губы и длинные-длинные ноги, которые она облачила в штаны. Вселенная, какие ноги… если бы она только знала, какие непристойные картинки рисует мой воспаленный мозг с её идеальными ногами.
Хлёсткая кислая волна страха плетью пришлась по рогам и отрезвила затуманенный мозг. Я отпрянул, понимая, что каким-то образом до смерти напугал Селесту, и думал, что хуже быть уже не может. Но, как оказалось, может.
— Нет, это ты меня прости… просто внезапно мужа очень напомнил.
— Мужа?!
Отрезвление накатило как ледяной душ.
Я. Напомнил. Ей. Мужа.
— Прости-прости-прости… — Она заломила тонкие руки, сцепив их в замок на груди. — Я имела в виду покойного супруга. Я вдова.
Не сильно легче, но всё же…
С северо-запада потянуло прохладой. Селеста села, подтянула колени, обняла себя за плечи и ссутулилась. Меня обуяли настолько сложные и противоречивые эмоции, что я при всём желании не мог разобраться в том, что чувствовала девушка.
Муж!!! У неё был муж?! Когда? Как?.. Ей же всего ничего…
— Я же говорила, что выгляжу моложе, чем есть на самом деле, — горько хмыкнула Селеста, словно прочитав мои мысли. Я наконец очнулся от собственных переживаний и отреагировал как подобает воспитанному гуманоиду во всех Мирах Федерации:
— Сочувствую твоей утрате.
Захухря пожала плечами в ответ.
— Не стоит.
Я глубоко вдохнул и выдохнул, собираясь с вопросом, который неожиданно разволновал меня больше всего.
— Ты его не любила?
Селеста подняла рассеянный взгляд. Моргнула.
— Кого?
