– Я, как и ты, увидел свою Екатерину – и пропал. Через полгода поженились. Она настояла, чтобы я демобилизовался и пошёл учиться. Я ведь в армию из Бауманского ушёл, туда и вернулся, на приборостроение. Тоже было нелегко, но справился. Потом захватило: оказалось, это – моё. Вечерами подрабатывал, с деньгами туго было. Близнецы родились, пара бандитов… Эй, а где они?! Илья, Алёха, а ну спать! Мама уже спит давно, а эти… Нечего тут сидеть и наши разговоры подслушивать! Быстро!
Мы с Ильюшкой убежали к себе, расстелили кровати, разделись, осторожно выползли на площадку и улеглись у самой лестницы. Снизу нас не видно, а нам слышно всё. Папа рассказывал:
– …Окончили мы институт, дали нам дипломы и – гуляй. Идей у нас полно, а работы нет: заводы, НИИ голодают, в помещениях чуть ли не мороз, зарплату не платят, кого тут ещё на работу брать. Мы прошлись по людям, поговорили, замыслы, разработки у всех есть, и какие! Что могли наскребли, сделали с заводскими два прибора. Продали за такие деньги, что сами ахнули. И пошло-поехало: за нашими приборами – очереди, мы людей кормим, сами зарабатываем, новых разработок, заказов – целая папка. Открыли фирму с безобидным названием: «Ремонт и модернизация электрооборудования», чиним старьё, придумываем новое, за лишними деньгами не гонимся, качество строго держим, сроки не нарушаем. Со всех концов к нам приезжают, вояки прослышали, хотели нас прибрать – не дались. Братки попросились в совладельцы, пришлось создать группу защиты: собрал из знакомых ребят. С нашими-то парнями и приборами всех, кто лез, брали, находили их паханов, доходчиво объясняли, что будет, если с кем из наших что случится… Двое не поняли – с ума сошли, отчего – неясно. Слух пошёл, больше ни один на километр подойти не смеет. Силовики в хозяева пытались, и c этими договорились. Больше не трогают…
– Что за приборы такие? – спросил заинтересованно Пал Сергеич.
– К примеру, – рассмеялся папа, – твои «сундуки», если бы за моей «девяткой» погнались, через сто метров встали бы: электроника вдруг отказала. Много чего, расскажу при случае… Так и работаю: нахожу идею, набираю временный коллектив разработчиков, раздаю заказы на изготовление, собираем в третьем месте, и прибор готов. Стараюсь, чтобы фирма не разрасталась, – станет неповоротливой, уязвимой. А так мы всегда впереди, конкуренты за нами не успевают. Платим хорошо, тут жадничать никак нельзя. На лучшее оборудование, материалы денег не жалеем. А из охранного отдела получился разведывательный, на разведку тоже заказы принимаем, не на всякую, конечно… Пойду-ка погляжу, как там парни мои, спят ли…
Мы с Ильюшкой метнулись в спальню, плюхнулись в кровати и закрыли глаза. Папа подошёл к двери, поглядел в темноту, вздохнул и ушёл.
Брат тут же уселся на мою кровать и потребовал, чтобы я всё рассказал ему с самого начала, и как можно подробнее. Когда я описал, как папа прыгнул на этих двух «шкафов» через машину, он аж рот зажал ладонью, чтобы не заорать от восторга, а когда я рассказал, как Ленка чуть не вывалилась из окна от потрясения, рванулся писать ей письмо. Я едва его удержал.
Мы обсудили ситуацию и решили, что дела складываются для Ильюшки просто замечательно: Ленкин отчим хоть и богатый, но хороший человек и к тому же папин старый друг. Ленка хоть и строптивая, и с закидонами насчёт своего родного папаши, который нехороший человек, но Пал Сергеича она уважает, правда, грубит ему. Наверняка скоро поймёт, кто из них для неё больше сделал. И, в общем, женитьба брата на ней дело совсем не безнадёжное.
Я сказал, что теперь Ильюшке нужно подтянуться в учёбе и твёрдо решить, кем он хочет стать: эстрадным певцом или чиновником, ведь ему придётся содержать жену, привыкшую к богатству, а жить на её деньги он не сможет, я уверен. Ильюшка тяжело вздохнул:
– Не надоело ли?
Да, взрослеет младший брат, взрослеет…
Перед тем как заснуть, я тихо вышел и осторожно глянул вниз. Папа с Пал Сергеичем сидели с закрытыми глазами, держась за руки через стол, и тихо-тихо пели какую-то тяжёлую медленную песню на непонятном языке.
Утром Ильюшка попросил меня перечитать его здоровенное письмо Еленеве, всё ли он правильно описал и ничего ли не упустил. Я перечитал, исправил одну ошибку и сказал, чтобы он вычеркнул всё, что услышал про то, как Пал Сергеич стал Крутовым: это чужая тайна и нечего ей об этом знать. Расскажет потом, когда на ней женится, если захочет. И пусть ещё напишет, чтобы она вообще ничего не спрашивала у своего Пал Сергеича, поскольку ничего о случившемся узнать ни от кого не могла. А если она не удержится, то начнётся разбираловка.
