Мы поднялись над иллюзией, окружавшей дом, и увидели настоящий город, который был наводнен этими тварями. Они были везде — преследовали роботов и людей по улицам, бегали по стенам зданий, цепляясь лапами-крючьями, громили рубежи обороны острова. Защитники Утопии отстреливались, некоторые чудовища были уже мертвы, но на их месте прямо из воздуха появлялись новые. Настигнутых жителей они разрывали на части ударами хвостов, перемалывали челюстями, некоторых проглатывали целиком. Кто-то из людей расстреливал чудовищ с борта вертолета, пока одно из них не запрыгнуло на него, оттолкнувшись от стены дома. Вертолет, увлекаемый весом твари, врезался в стену здания и загорелся.
— Луиза, вы можете что-то с этим сделать?
Она отрицательно покачала головой.
— Может быть, вы? Вы же администратор!
Если бы я знал, как стереть их всех разом! Над этими уродами даже привычных глазу надписей не было, как бы я ни пытался их вызвать. Я смог развоплотить одну из них силой желания, но на свет тут же появилась новая. Покончив с сопротивлением жителей, чудовища разрушали всё, что видели, а землетрясение усилилось настолько, что некоторые здания начали проваливаться в образовавшиеся в земле огромные провалы. Битва за Утопию была проиграна.
— Я ничего не могу сделать, Луиза. Главное, что вы и Мартин остались живы. Но ваш мир погибает, и это не остановить.
Величественный центральный шпиль пошатнулся и рухнул на город, погребая под собой здания поменьше. Радужное сияние моргнуло еще раз напоследок и погасло. На обломках города твари добивали выживших. Возможно, кто-то еще смог улететь из города, но тех, кто спрятался в подземных убежищах, было уже не спасти.
— Снимите защитную сферу, Луиза. По крайней мере, мы не отдадим им ваше творение просто так.
Я пролетел сквозь синий шар, который исчез за моей спиной. Стена падающей воды уже успела оттаять и восстановиться, и послушно ждала моей воли там, где я ее оставил. Усилием воли я отправил ее на остров.
— Не плачьте. Мечты не могут погибнуть. Они навсегда останутся с вами.
Поток ударил в берег, сметая развалины города и пирующих на них чудовищ. За несколько минут от самого красивого острова в нейронете ничего не осталось. Луиза отвернулась. Тяжело смотреть на гибель творения, которому посвятил полжизни. С воем и рычанием чудовища погибали в бушующей стихии, и хотя бы это меня немного радовало. Если бы Даниэль Аллен изволил сейчас появиться, он бы наверняка усмехнулся по этому поводу.
Наплевать.
Пришло время вернуться к изначальному плану, и я рад, что у меня теперь было два сильных союзника, которые совсем недавно были помехой на моем пути. Утопия погибла, но, в конце концов, разве не этого я хотел? Странно, что нейронет уничтожил ее своими силами, ведь она ему совсем не мешала. Это я был помехой. Что ж, Энн, если ты научилась моим эмоциям, то это заставило тебя принять слишком эмоциональное решение. Ты разрушила часть нейронета с целью убить меня, и не достигла результата, а я теперь знаю, как работает твоё оружие. Да, наверное, оно не единственное. Но и у меня есть для тебя сюрпризы. Скоро тебе придется выйти на последнюю битву, я к ней готов, и я буду не один.
Следующая цель — Ложная Земля.
Разрушительный вал сокращал расстояние до берега континента. У нас еще было немало времени до того, как начнется разрушение. Если жители Ложной Земли и готовились к обороне, я не мог знать этого.
— Луиза, как вы это сделали? — спросил я. — Почему все мои попытки стереть вас были бесполезны?
— Хотите узнать мой секрет, чтобы использовать это знание в следующий раз против меня?
— Хочу узнать ваш секрет, чтобы использовать это знание в следующий раз против нейронета. Если, конечно, это возможно.
Луиза Вернер пристально посмотрела мне в глаза. Я не прятал взгляд, у меня не было желания ее обманывать. Любое знание об устройстве нейронета сейчас могло быть полезно, а ей ведь удалось как-то обойти мои права администратора. Нельзя допустить, чтобы у кого-то это получилось снова.
— Хорошо, я расскажу вам. Вы ни разу не пытались стереть меня, ведь я не показывалась вам на глаза. Вы стирали мои копии. Вы их называете придумками, хотя я не люблю это слово, оно оскорбительно.
— Но я ведь различаю придумков и реалов! Надписи над их головой! Над реалами зеленые, над придумками — синие. У всех Луиз Вернер, которых я стирал, надписи были зелеными!
— Смешение цветов, Николас. Смотрите.
Луиза взмахнула рукой и передо мной появилась ее точная копия. «Луиза Вернер. Статус: активна». Синие буквы в воздухе. Ошибки быть не могло, я бы не смог не заметить цвет надписи.
— Буквы синие!
— Совершенно верно. А теперь отключите свои всплывающие подсказки! Вы ведь можете это сделать?
Я кивнул. Надписи исчезли, и передо мной теперь было две Луизы Вернер, которые говорили хором и двигались абсолютно одинаково.
— Сделано.
— Отлично. А теперь я сделаю следующее…
