А приморский эльф все так же упрямо стремился к своей цели – столице Запада, где правил теперь сиятельный князь Кианоайре Тэрранион. Та самая цель, из-за которой он лишился даже смертного покоя. Он-то думал, что легко отделается от своего безумия – ударом орочьего меча. Но как же жестоко посмеялись над ним боги, и этот зеленоглазый мальчик – он не нашел мира даже там, за пределом смертной жизни. Случалось так, что иногда феа возвращали в смертный мир, в том же теле, но он только слышал легенды о таких эльфах. И, как правило, это были герои, о которых потом пели песни и слагали саги – драконоборцы и великие мастера. Хотя как раз самому величайшему мастеру и предстояло провести в сером мире все то время, что осталось до падения и Битвы Богов, к рождению которых он так удачно приложил свои золотые руки. Но почему выгнали, другого слова он не мог подобрать, именно его? Разве там мало было идиотов, которые погибли из-за несчастной любви? И что, он, Иррейн, скажет государю Киано, когда вернется в столицу?
Как и много лет назад, темные земли неприятно поразили Киано. Даже Солнце, величайший дар этим берегам, было другим – злым, палящим и похожим на желток яйца, которыми Киано почему-то брезговал. Здесь не было шахт, только остовы разрушенных древних эльфийских селений. Иногда попадались сожженные солнцем кости, и даже дичи не было видно в этих краях. Киано было непривычно спать, не слыша пения серых братьев, но даже они покинули эти бесплодные и мертвые земли.
Им важно было пройти ущелья, чтобы встретится с войском Нерги на равнине, и единственное, чего он опасался – это завалов. Смерть под камнями не самая лучшая смерть для войска. Изредка вдали были видны патрули темных, но Киано особенно и не скрывался.
Его опасения по поводу завалов подтвердились именно тогда, когда они прошли последний перевал. Почти прошли. Первыми проехали северные воины, потом эльфийская конница и пехота, а последними шли гномы и люди западных стран. На них-то и обрушился жуткий ливень валунов с гор.
Хрип и ржание лошадей, грохот падающих камней, остальные бессильны помочь. Потери оказались не такими уж большими, но ощутимыми для каждого – погибло две сотни гномов и людей, и ставленник государя Вазада горько усмехнулся:
- Зла судьба, государь, только в темных землях гнома может убить гора.
Разбор завала и погребение мертвых задержало войско на два дня, ибо традициями не следовало пренебрегать даже на вражеской территории. Киано было не себе от этой чужой земли, где слабела его магия, и терялись силы – тут было трудно выходить на Грани, да и на элементарное обращение тратилось слишком много энергии. Оставалось полагаться только на физическую силу и мощь своей армии. В этом они были великолепны: лучшие воины Запада, Гор и Севера шли побеждать.
Наконец они почти подошли к долине и разведчики доложили, что в десятке полетов стрелы уже видны костры воинов Инъямина и Нерги, а это значило то, что завтрашний день будет решающим.
Последний вечер в лагере был тих – получив необходимые распоряжения, военачальники разошлись по своим стоянкам, Киано же остался с Боргом, Нарнилом и Ильменасом.
Оруженосец соорудил хитрое костровое приспособление и сразу подвесил на него два котелка – один с мясной похлебкой, второй с водой, и принялся чистить овощи, внимательно навострив уши. Ильме в первый раз был в таком большом походе, и поэтому все происходившее не давало ему покоя. Что-то неладное творилось с государем – Ильме чувствовал растерянность и тревогу Киано, а сны государя не давали спокойно уснуть самому Ильменасу.
- Что-то мне не спокойно, - констатировал Киа.
- Вот я бы удивился, если бы тебе спокойно было. Я бы тогда даже рискнул подумать, что ты с ума сошел. А так все правильно – так и должно быть. Ничего не боятся только дураки.
- А я уже жду-не дождусь, – Нарнил уже действительно ждал утра, устав от долгого пути. - Все просто: или мы их, или они нас. Чего тут думать.
- Ильме, там закипит когда-нибудь? Пряностей добавь. Хоть поедим, как следует.
- Да, на войне пожрать, самое первое дело, – рассмеялся Нарнил. - Мяса там не жалей, завтра еще нарубим.
- Я думал, все о завтра думают, а вижу, что об ужине.
- Киа, действительно успокойся, завтра будет завтра, а вот если он испортит сейчас суп, то для него оно наступит сейчас. Лучше скажи, ты спать думаешь?
- Хотелось бы, - в подтверждении слов Киа зевнул. – А чего?
- Ничего тогда, ложись лучше у меня. Нечего мальчишку своими переживаниями изводить, силенок у него пока маловато. Да и Инъямин, я думаю, уже знает, чего от тебя хочет. И мне спокойней будет.
- Уговорил. Только учти, про одеяло можешь забыть сразу, я все наматываю на себя.
- Ну, за честь провести ночь с эльфийским королем я и одеяла не пожалею. Держи, наконец-то сварилось. Не убоина, конечно, но сойдет.
Это было правдой. На темных землях не попадалось дичи, и приходилось есть особым образом высушенное мясо. Оно было легко в переноске и питательно, особенно если его отварить с сушеными ягодами. Этим-то и питалось войско Киано, ступая по темным землям.
