Наконец они закончили ужин и разошлись спать. Приказы часовым были отданы и за безопасностью войска следили сотни внимательных глаз.
- Ты так озаботился моим сном, что бедный Ильменас не знает куда деваться?
- Не в этом дело, я могу охранять тебя и на расстоянии. Мне просто хотелось побыть с тобой. Кто знает, вернемся ли мы завтра?
- Будем надеяться, что да. Мы хорошо подготовились к этому.
- Не всегда это решает битву. Если бы так было, то вы бы уже давно победили. Мне неприятно предательство северных ушастых.
- Борг, когда ты перестанешь звать эльфов «ушастыми»? У меня весь совет шипит из-за этого. Не такие уж большие уши.
- А как они хотят называться? «Великими западными господами»? Не дождутся, а так им хоть кто-то правду скажет.
- Я иногда думаю, на кой я во все это ввязался? Корона, эльфы? Очень домой хочется, ведь жил себе, никого не трогал. А клан меня любил. Я не знал ненависти и интриг.
- А он и сейчас тебя любит. Ты наша гордость, даже не Маэон с Хальви, а ты. Единственный из волков, у тебя самая необычная судьба среди нас, и ты уже совершил достаточно, чтобы о тебе сложили песни. А то ли еще будет. Ты должен вернуться завтра.
- Борг, а если я попаду в плен? Ведь такое бывало, – голос начинал подводить Киано, и он запинался, по детской привычке, от волнения.
- Значит, в плену ты должен выжить. Я уже говорил тебе об этом, и повторюсь еще раз. Чтобы с тобой там не делали. А тебя не убьют – ты слишком ценная добыча. Разменная фигурка между эльфами и волками. Но, Киа, Тиннэх не сможет тебе помочь, он не имеет права платить за тебя выкуп, и он должен думать о клане и только о нем. Но их попытаются шантажировать твоей жизнью, чтобы они надавили на эльфов. Вот и все. Ну их к собакам. Давай спать.
- Как я устал быть фигурой в чьих-то играх! Неужто нельзя побыть самим собой?!
- Риторический вопрос для бессмертного, Киа! Нам нельзя, тут выиграли смертные. Иногда я завидую им. Родился, женился, отпахал, воспитал внуков - и добро пожаловать в серый мир! Да не снимай ты кольчугу!
- Борг, я завтра могу и не успеть, - Киано снова замялся, устраивая ложе.
-Что не успеть, надеть доспех? А я тебе на что?!
- Нет, я хотел поблагодарить тебя. Ты очень много делаешь для меня, и иногда только к тебе я могу прийти и просто молча посидеть - ты меня поймешь. Ты занимался мной с детства и ведешь меня за руку по жизни, я бы давно свернул себе шею, если бы не ты.
- Приятно слышать такие слова, но я делаю то, что должен делать. Здесь не только я живу для тебя по своей воле – Фиорин, Нарнил. У них тоже нет никого, кроме тебя. Нарнил не нашел бы своего счастья на воле, если бы не ты, Фиорину до синих орков осточертело вытирать задницу Имлару. А ты вернул им радость. Как и мне. Тиннэх наверняка рассказал мою историю? Я же тогда вернулся, но уже не князем, а простым воином. И если бы не мои умения, я, так же, как и остальные, жил бы, охотился себе. Но я честолюбив, Киа. Я хотел приключений и власти, и поэтому я ушел странствовать. А потом я взялся за обучение щенков. Если воспитывать молодняк, то есть возможность передать им часть себя и владеть этой частью. Тэрран сам отдал мне тебя. Ты же помнишь, что с тобой было: маленький испуганный щенок. А тем, что получилось, я горжусь по праву. Ты стал мне больше чем сыном, ты стал частью меня. И мне есть за что сказать и тебе спасибо. Ладно, хватит речей, ложись ближе, ночью холодно.
Но утро так и не началось. Нерги напал перед рассветом. Киано и Борг проснулись ровно за минуту до сигнала боевого рога. Но лагерь так и не удалось застать врасплох. Все были готовы, и как только грянул сигнал, началась битва.
Нерги был опытным полководцем и знал, что нельзя обрушивать сразу лавину на врага, показывая ему силу, и первыми в бой пошли орки – обычное мясо темных сил.
Киано едва успел вскочить на коня и врезаться в гущу схватки – обрубая тянущиеся к нему клинки и копья и пробираясь вперед, именно к тому врагу, что так ждал его: самому Нерги и его военачальникам. За ним стелились тела, и он не видел, кто падает, орк или эльф, он старался отыскать глазами Борга, но того уже не было видно, а где-то справа слышалась забористая ругань Нарнила.
Следующей волной врага были люди и отборные орочьи части – закованные в сталь тренированные на убийство твари. Киа старался сохранить сознание, но так вожделенное им в других схватках боевое безумие сейчас мешало ему, ломая выстроенный план. Он до крови закусил губу и рубанул орка, наметившего копьем в грудь коня. Пока он еще чувствовал: эльфы идут за ним, прорывая ряды врага. Пока вперед.
Раздалось истошное конское ржание, и Киано едва успел спрыгнуть с коня, прямо в середину боя, где были три эльфа и около десятка орков. Словно выросшие из-под земли копья пронзали коней, которые теряли всадников, и тут начался кошмар.
