Он один, против трех. Нет, не трех, чье-то там знакомое феа, по смутным воспоминаниям, клочками метавшимся в глубине памяти. Темно-рыжие волосы, теперь полупрозрачные в облике Граней, насмешливый взгляд, даже посмертная тень его высока. Нерги. Единоутробный братец Инъямина, гореть этой семейке в подгорных гномских кострах!
- Тебя только тут не хватало! – не смог сдержать досады Тэрранион.
- Соскучился по мне, красавчик? А ты все так же очарователен, без ошейника даже получше. Можно, я тут постою, посмотрю? Мне тут скучно, и в этом ты виноват, эльфеночек!
- Я тебя не добил тогда? Ну, ничего, сейчас исправлю, - пообещал Киано.
- Неужто? Я бы предпочел снова на мечах - ты хорошо бьешься. Охолони, эльф, я не собираюсь с тобой драться.
- Тогда какого … тебе не сидится в посмертном мире? Не хочешь драться, отойди и не мешай.
Твари притихли, почуяв хозяйскую кровь, выжидая, чем закончится разговор.
- Ну почему же? Мне не нравится расклад, когда один против трех, это нечестно, – улыбнулся призрачной улыбкой Нерги.
- Тогда почему ты не сказал этого, когда мы в первый раз встретились? Расклад устраивал? Пошел вон.
- Сплошные претензии, Тэрранион. Ты всегда такой склочный? Тебе не к лицу это.
- Нет, только тогда, когда меня трахают без разрешения, – парировал Киано, пропустив замечание мимо ушей.
- Ах, извини, забыл тогда поинтересоваться. Ну хоть сейчас спрошу – тебе понравилось?
- Очень, но особенно последняя сцена, еще бы раз с удовольствием повторил с тем же результатом.
- Ты достался мне честно, а те, кто ранил тебя, понесли наказание.
- Я тронут, неимоверно. Мы так и будем тут болтать? У меня есть дело.
- Твое дело будет проиграно, Кианоайре, одна из таких тварей убила твоего деда, а он был посильнее тебя и даже твоего отца. Мой брат до сих пор вздрагивает от его имени. Тем более ты с грузом, а их трое. Твой бой проигран, волчонок.
- Ты предлагаешь мне сдаться? – приподнял бровь Киано.
- Тебе? – рассмеялся покойный Нерги, - никогда. Такие, как ты, не сдаются. Упертые в свои смешные принципы. Хотя, впрочем, меня это в тебе восхищало: ты даже на пыточном столе был неприступен, маленький волк. И без ошейника тебе идет больше.
- Я даже в этом не сомневался. Чего ты хочешь от меня? Ты явился поговорить?
- И это тоже. Знаешь, мне всегда хотелось попробовать убить вот такую вот тварь. Я не сторонник магических фокусов своего братца.
- Он на тебя обидится, – хмыкнул Киано, - какой тебе интерес помогать мне? Еще раз попробовать меня поиметь? Не выйдет. Мне не нужна твоя помощь. Я могу спокойно умереть и сам.
- Ах, я бы не отказался, ты слишком красив, чтобы не думать об этом. Но какой резон умирать тебе здесь? Ты не спасешь мальчишку, подохнешь сам. За тебя будут мстить родичи, и покатится. Тебе так хочется этого?
Как ни противно это сознавать, но Нерги абсолютно прав. Ему нельзя умирать, и мало того, надо вытащить Хальви. В том мире его ждут – отец, брат, Ирне. Получается, он обманет свое солнце? Он обещал вернуться. Но как избежать помощи Нерги? Принимать ее – не по чести.
- Ты слишком долго думаешь, прекрасный Тэрранион. Взвешиваешь на весах свою жизнь и честь? Я подскажу тебе выход: прими эту помощь как виру. Виру за плен и изнасилование. Можно, конечно, попросить поцелуй, но ты вряд ли согласишься. Всего один, а, волк?
- Неужто ты признал это? - Киано даже не старался скрыть удивления.
- Ну, можно сказать и так. Ну так что?
Киано прищурился, ощущая протестующее биение Хальви.
- Принимаю виру.
Он ударил первым, собрав все, что было, не только эмоции и чувства, но и всю магию, которая была, стараясь поразить темное отродье в самую глубину, туда, где начиналась ниточка его сотворения. Если ее размотать, то победить можно. Нерги держал второго на прицеле своей энергии, не обращая внимания на ругательства твари.
- Изменник. Твой король этого не простит, – шипело творение Инъямина.
- Мне насрать, я уже мертв, я в темном мире. У него есть еще что-то? Нет? Ну тогда пусть идет к эльфам, – рассмеялся Нерги, ударяя.
Маневр имел успех. Тварь дернулась, обжигаясь, зашипела. Вторая, пораженная Киано, тоже дернулась, получив рану. И объединившись, они ударили в третью, но Киано ожгло куда-то вниз, в самое сердце, он замер, пережидая боль. Рана не смертельная, но тяжелая; он быстро собрался, сосредотачиваясь на самоисцелении, а Нерги бесцеремонно задвинул его за спину, несмотря на протест.
«Отдохни!»
То ли тварь попалась больная, то ли Нерги усиленно скрывал при жизни свои способности к поединкам на Гранях, но с тварью он расправился довольно быстро, пока Киа восстанавливал силы.
Долго отсиживаться за спиной врага он не стал: отчаянно мешал Хальви, беспрерывно протестуя, вопя в нитях феа. Киано умолял его замолчать хотя бы на время.
Оставшиеся две твари стоили четверых демонов - Киано был ранен, да и Нерги терял энергию, но они не сдавались, забыв на время битвы о вражде. Неожиданно Нерги оказался отличным соратником, понимая партнера с полумысли и ударяя туда, куда направлял Киано. Вдвоем они одолели и вторую тварь, третья же была живучее всего.
