- Надеюсь, не переменится. Приятно будет видеть на троне эльфов того, на которого можно глядеть не становясь на лестницу! И глаза у тебя чище, чем у твоего родича Имлара, старого лиса. Если бы я делал твой портрет – я делал бы его из серебра. Это ваш волчий металл.
Гномы верили, что душа любого живого существа видна в его глазах, и поэтому Вазад выразился именно словом «чище».
- Да, мы не носим золото, оно убивает магию, но мои эльфийские родичи имеют другое мнение и делают из него поистине удивительные вещи.
- Не в обиду тебе и твои родичам будет сказано, князь, но вещи эти несравнимы с нашими. Легкие металлы, может, вам и даются, но оружие мы куем лучше, да и я уверен тавтология получается, что сундук, стоящий дома в твоих покоях, сделан нашими мастерами.
Киано рассмеялся:
- Верно, большой кованый сундук. Я даже не знаю, чего в нем лежит, ибо замок ковали тоже вы, а ключ не у меня.
- А ты, государь, умеешь работать с металлами? Твой дед хорошо если сумеет сделать кольцо и огранить камень, он любит больше лепить из мягкой глины. А вот твой венец сделан настоящим мастером, даже не у нас каждый сотворит такую вещь, но готов поставить кольчугу, что Имлару он по вкусу не пришелся, зато твой достойный отец был доволен задумкой мастера.
- Ты мудр, государь Вазад. Эту вещь ковал мой друг Майпелайе, и он задумал это так, как получилось, а о том, понравилось ли это моему деду, я не знаю - Майпелайе уехал в мое поместье сразу после Наречения. Я, к сожалению, неискусен в металлах; все, что я когда-либо сотворил, это наконечник копья, да и то не сильно меткий. Я больше склонен к охоте, воинским упражнениям и работе с кожей.
Тут Киано не пощадил себя, сказав чистую правду: в большинстве эльфийских ремесел он был неискусен, и не лежала его душа ни к ювелирному делу, ни к металлургии, ни к архитектуре и скульптуре, но он любил работать с кожей. Делая ремень или подсумок, он расслаблялся, пока пальцы переминали кожу, свивали шнуры. Вещицы получались красивые; к слову сказать, тот пояс, что сейчас был на Тиннэхе, был сработан руками Киано, им же тиснен узор, а серебряные украшения к нему_ он попросил сделать Тахара. Единственное, чего он не мог делать и не хотел – плетей. И даже если его просили, сделать легкую охотничью плетку – мягко отказывал.
- Может, это и к лучшему, князь, тебе нечего делать в кузнице, извини; ты слишком хрупок для такой работы, и таким нежным рукам более подходит тетива лука и тяжесть копья, чем молот.
Киано рассмеялся, весело, ему было легко с этим гномом, сразу вызвавшим у него доверие:
- Это мне с эльфами лук и копье надобно, а так я вполне обхожусь зубами и лапами, и нежными их не назовешь. Ильменас, вина больше не надобно, лучше найди гранатовый сок.
Южный шах привез с собой танцовщиц, которые сейчас и как раз развлекали гостей танцами; по мнению многих они были непристойны, но красивы. Лица девушек были закрыты полупрозрачными накидками, а тела почти обнажены и увешаны звенящими монистами. Бедра их выписывали неверояные изгибы, и мужчины любовались этим танцем, а северянин Торгейр смотрел только на Киано. Киано изредка ловил его взгляд на себе, но беседовал с гномом, боясь отвлечься.
Но танцы закончились, гости выразили свое восхищение, и северяне решили потешить всех пляской стали. Торгейр пригласил своих дружинников, и те действительно показали такое, что мало кто видел прежде – невероятное искусство мечного боя. А Киано узнавал в вихре движений то, чему учил его Сигмар и развивал Борг.
- А говорят, ты, князь, мечник не хуже, чем северяне, а то и получше будешь? Это правда? – спросил гном у Киано, засмотревшегося на бойцов.
- Не мне себя хвалить, почтенный Вазад! У меня просто было много времени для учебы и хороший наставник.
Официальная часть пира закончилась, собравшиеся смогли подняться из-за стола и перейти к более неформальному общению, а также поговорить не с соседями, а с тем, с кем хотелось. Тиннэх же под локоть отвел Киано в сторону и, заслонив его собой, начал разговор:
- Что с тобой? Ты хотя бы лицо поспокойней сделай, а тоглаза у тебя бегают, как будто ты на базаре курицу украл! Ты можешь понять, что тут тебя никто не тронет и ничего не скажет? Или нет? Не обращай никакого внимания на этого северянина, а ты ведешь себя как пугливая, но любопытная девица.
- Я не могу ничего поделать с собой, брат.
- Возьми себя в руки и сосредоточься. Смотри, тебе как минимум нужно сегодня познакомиться с Медведями и Лисами, которых ты знаешь только по Граням, и с северными эльфами; с гномом ты уже нашел общий язык, хотя кузнец из тебя аховый; еще тебе нужны дружественные смертные. Темные – если только сами подойдут. Вот и направь на это свои усилия. А за тобой стоят Борг и Фиорин, которые обязаны думать о твоей безопасности, оставь это дело им. Пошли, я познакомлю тебя с Хелао, это важный союзник для нас.
Киано и Хелао сразу нашли между собой общий язык. Оба искусные охотники, они сразу же углубились в обсуждение способов поразить зверя, находясь в разных обликах, а Тиннэх удовлетворенно усмехнулся.
