— Не просто, Диана. Уверен, каждому из них было непросто, но знаешь, что я понял? Именно в этом воплощении я вдруг осознал одну простую истину: дом — это там, где твоя семья. И неважно, есть ли там роскошные хоромы или просто четыре стены и потолок. Если есть семья, есть те, кто тебя ждет, все остальное уже неважно.
— Мы построим все заново, правда? — спросила я с надеждой, желая услышать не правду, нет. Я хотела услышать сладкую ложь, потому что правда была слишком горькой. Она тяжестью скребла душу, не давая окончательно расслабиться.
— Обязательно построим. Только вам придется дождаться моего возвращения. Вы ведь дождетесь? — притянул Ар меня к себе, поглаживая живот, который на сегодняшний день был самой выдающейся и самой круглой частью меня.
— Постараемся.
В этот же вечер Ашеер преподнес мне шкатулку с подарками. Браслеты, кольца, серьги, ожерелья — все они являлись артефактами, и в этом была их главная ценность. Горсти украшений. Глядя на них, я понимала, что быстро мы с Аром навряд ли встретимся. Он не говорил об этом вслух, но слова ничего бы и не дали. Без них все было ясно как божий день.
Время убегало сквозь пальцы. Так было всегда, когда хотелось задержать его хоть на мгновение. Мы не могли позволить себе близости, но в эту ночь было что-то гораздо большее. Ар помогал мне принять ванну, омывал каждый сантиметр моего тела, а я не желала стесняться.
Тонкая сорочка покрыла плечи, скользнула по коже, но его руки казались нежнее любых тканей.
Маленький огонек свечи догорал, чтобы потухнуть. А быть может, Тьма просто пришла раньше, окутывая комнату, обнимая меня, как обнимали руки Ашеера.
Его прикосновения дарили больше тепла, чем одеяло. Его поцелуи — мягкие, осторожные — наделяли спокойствием, вынуждали забывать о тревогах. Эта ночь была только нашей, но я спала спокойно. Спала, точно зная, что до утра он не уйдет.
До утра он будет принадлежать только нам.
— Уже? — раздался взволнованный голос.
Его обладательницу я увидел через секунду, когда открыл веки. Диана замерла в дверях, прижимая к себе кухонное полотенце. Чуть в отдалении стоял сундук, в который были уложены последние вещи. Поверх него под салфеткой располагалась корзина с провизией для нашего короткого путешествия.
Зачем? Для меня это оставалось загадкой, потому что я совершенно точно знал, что нам с Дианой суждено прибыть в империю порталом.
Как только барьер рухнет, мы перестанем зависеть от него, а значит, сможем находиться в отдалении от границы столько, сколько захочется. Да и Ашеер договорился о том, чтобы нам разрешили воспользоваться порталом. Только нам и никому больше, потому что пересечение границ с помощью магии попросту запрещено.
Даже Ашееру за это влетело от императора, но по-другому друг поступить не мог. И я его понимал. Для него эти люди, эта женщина стали даже больше, чем семьей — самой жизнью. Не станет их, тогда и ему незачем жить.
Веки я закрывал не зря.
Отслеживал варианты ближайшего будущего, останавливаясь лишь на самых вероятных. По всему выходило, что переживать нам было попросту не за что. План Ашеера удастся — в этом я мог поклясться на собственной крови, — но какими жертвами.
Как минимум четверо не выживут, навсегда уйдя за грань миров. Как минимум трое — попытаются сбежать, слегка подпорчивая планы первого демона. Уже пытаются, если быть откровенным, но сказать об этом — значит изменить будущее, нарушить его естественный ход.
Замок на берегу волновался. Ждал нас, бережно охраняя сосуды с кровью, которые Ашеер передал мне вчера. Передал все имеющиеся, за исключением одного. Того, в котором хранилась моя кровь.
Его ложь, его обман я раскрыл без труда. Нет, не мог видеть прошлое, но уже давно просчитывал будущее, а потому прекрасно знал, что вчера он повстречался с одной из служанок, которая вошла так не вовремя.
Мой сосуд действительно выскользнул, оплетаемый жгутами Тьмы, но не разбился, как сказал Ашеер. Друг успел его поймать, хотя, видят боги, сомневался. Всего секунду, но сомневался, потому что прекрасно помнил о том, что должен мне желание. Одно крохотное желание, которое изменит мою жизнь.
Догадывался ли друг, что я собираюсь забрать у него самое сокровенное? Навряд ли, но что-то чувствовал однозначно. Служанка, что оказалась не в том месте и не в то время, получила воздействие даром слова.
Приказав забыть это нежданную встречу, Ашеер еще долго думал над тем, как поступить. Решив перестраховаться, он оставил мой сосуд у себя, предполагая, что при таких обстоятельствах я обязательно его воскрешу. Мы оба знали о его маленькой лжи, но предпочитали делать вид, что все в порядке.
Знал. Прекрасно осознавал, что, как только я озвучу свое желание, наши отношения с другом потеряют свой шарм обыденности и тепло. Видел в будущем и наши встречи, и бои, когда мы будем разносить половину империи своими мордами. И я его понимал.
За свою дочь я буду драться так же — насмерть, но будущее уже не изменить. Лишь тот, кто видит его, может отыскать в нем лазейку.
