– Сегодня после обеда иду перевязывать Ма-рию Петровну. Ну, ты знаешь, какой препарат нужен.
И волонтер тут же собирается в ближайший магазин.
У нас в хосписе лежал парень. Он жил в Москве со своей девушкой. И вот он заболевает раком, попадает в хоспис. И как-то упоминает, что у него есть еще бывшая жена и дочь, только живут они очень далеко. И что они никогда не согласятся приехать.
И так часто он это повторял, что стало понятно: он очень хочет, чтобы они приехали к нему. Мы нашли телефон, дозвонились, фонд «Вера» оплатил билеты до Москвы.
И они приехали. Я никогда не забуду того, что она (бывшая жена этого пациента) сказала мне, уже уезжая: «Спасибо вам! Мне не нужно будет больше врать ребенку о том, что папа – летчик».
Для меня эта встреча, эта ее честность – один из самых важных моментов в жизни.
А еще был случай, когда женщина, потерявшая мужа, приехала на свой день рождения в хоспис – потому что наши сотрудники стали за время болезни такими близкими, что она захотела не только горе, но и радость воспоминаний разделить с ними.
Обед как дома (своими руками). Сегодня приготовили вместе с родителями наших маленьких пациентов крем-суп из шампиньонов с тыквенными семечками и гренками, а еще яркий сорбет на десерт.
Для нас играло радио «Шоколад», и мы болтали о женском, о разных вкусных рецептах и семейных традициях, много шутили и смеялись. Главная задача этого мероприятия была отвлечь мам от их бесконечных больничных тем и забот.
Каждый, кто проходил мимо, считал своим долгом зайти, чтобы выразить восхищение ароматом, который доносился с импровизированной кухни, и похвалить поваров.
Все получилось, родители довольны! Нам даже удалось угостить сотрудников. Суп все оценили по достоинству и отказались есть больничный суп на обед.
– Знаете, когда одиннадцать месяцев назад я узнала, что мне осталось недолго, – решила исполнить свою мечту. Я долго думала, а потом поняла, что больше всего на свете мечтаю прочитать всего Диккенса. И вот я пошла в библиотеку, а у них два собрания сочинений: 1957 года в тридцати томах, и 1970-х – в десяти. Я, конечно, выбрала тридцать.
Я думала, мне не суждено дочитать, но справилась всего за три месяца.
Диккенс такой живой писатель, в нем столько эмоций! И мудрый – он столькому может научить! Когда читаешь все, что человек успел написать, он как будто становится твоим другом. Представляете, обрести друга, оказывается, так просто…
Флексид Миракл Авенин приходит в хоспис регулярно с интервалом в один месяц. Он волонтер фонда уже лет пять, и, похоже, эти визиты и сегодня доставляют ему радость и удовлетворение, как и на заре его волонтерской карьеры. Поскольку имя у него длинное, на его бейдже написано просто: «Веня». Венечка – это пес породы ши-тцу.
Венечку все знают и любят. Медперсонал хосписа встречает его еще при входе, и тут же пес-волонтер идет по рукам: все его гладят, тискают и целуют. Венечка неустанно машет хвостом и тычется мокрым носом в халаты медсестер, а хозяйка волонтера скромно дожидается в сторонке.
Затем начинается обход. Веня с хозяйкой обходят все палаты, предварительно спрашивая разрешения войти. Где-то Веньку давно знают и очень ждут, приготовив тайную колбаску (вообще-то хозяйка запрещает ему угощаться чем попало), где-то с удивлением и с настороженностью встречают необычного гостя: как-то поведет себя с новым человеком хоть и маленькая, но собака. Однако Веня – профессионал своего дела и самый наш внимательный волонтер. Понаблюдаем за ним.
Вот Веня встретился со своим приятелем Игорем Семёновичем, ноги которого не работают, но руки вполне в деле. Веня взбирается на грудь Игоря Семёновича, ложится, смотрит в лицо и подставляет голову под руки: гладь меня.
Вот Веня на кровати у Веры Николаевны, женщины строгой, но воспитанной. Авенин сдержан и сосредоточен, он устраивается клубочком с краю кровати и терпеливо ждет, пока на него обратят внимание.
На кроватях тяжелобольных людей со стомами и кислородными масками Веня предельно собран и спокоен – он ложится далеко в ногах, внимательно следит за пациентом и окружающими и готов подойти по первому зову.
И вы совсем его не узнаете, если увидите на кровати Николая Сергеевича: Венька прыгает и мечется по кровати и по самому́ счастливому Николаю Сергеевичу, тычется ему в лицо и вылизывает щеки, нос, лоб – всё, куда может дотянуться.
– А в-в-ведь я р-рос с пятью с-с-собаками, – после инсульта с трудом выговаривает Николай Сергеевич, – к-к-как он чувствует это, не п-п-понимаю.
Да просто Веня – профессионал.
Вчера вечером захожу в палату, и один из пациентов встречает меня словами:
– С нашим другом совсем худо, посмотри. Помоги ему!