Катя улыбается и всем говорит, какой сегодня чудесный день. Искупалась, посидела немного, большая радость от встречи с котом-терапевтом Тарзаном, и еще в лото выигрывает…
Про мужчин. В. В. не видит практически, все проверяет на ощупь, с праздничным подарком (радио) разобрался за две минуты (пока я читала инструкцию) – быстро пробежавшись пальцами по кнопкам.
Из предложенных угощений согласился на голубику, в память о том, как объедался ею во время службы на Кольском полуострове. Спрашиваю: «Та была вкуснее?» Отвечает: «Не помню, тогда я еще видел, слышал, бегал, все пытался успеть, не до вкуса было, просто есть хотелось, а сейчас бежать некуда и очень вкусно».
Н. И. очень тяжело переживает, что не может ходить, но старается держаться и не показывать виду, ведь мужчина должен быть сильным и бесстрашным. А увидев подарок и угощения, горько расплакался…
Сосед его по палате подозвал меня, протянул телефон со своими фотографиями, где он здоровый и крепкий, и попросил показать Н. И.: «Скажите ему, что я понимаю, как сложно даются перемены. Мне тяжело говорить, но я понимаю».
– А случаются чудеса в паллиативной медицине? – спросила как-то я старожила нашего отделения, доктора-невролога.
– Нет, Оля, разве что был давно один случай за всю практику.
Ничего подобного, сказала жизнь. Матушка-природа, услышанные молитвы родителей или подростковый мозг, который может восстановить невосстанавливаемое, – и это большое счастье.
Марина, девочка тринадцати лет, которую сбила машина. Попала к нам в начале лета, в коме после реанимации. Все атрибуты: ИВЛ, трубочка на трубочке и т. д.
Марина изначально пульсом подавала сигналы, что тревожилась или радовалась ярко, и это было очевидно. Месяц назад наша няня, ухаживая за Мариной, вдруг услышала от нее голосом, что она хочет персик. Няня обмерла. Это как в голливудских фильмах или в сказке какой!
Ну и понеслась…
Короче, ребенок головой пришел в себя и телом частично тоже. Говорит, двигается.
На выходных по желанию Марины делали ей маникюр.
Не знаю, поймете ли вы меня, но я так рада за себя, что стала свидетелем чуда, прикоснулась к вере, с которой мы каждый день работаем…
Екатерина Фёдоровна приехала к нам умирать.
Так и сказала единственному сыну: «Ноги совсем не носят, ты далеко и на работе сутками, а мне пора где-то помирать».
Приехала тяжелой. Практически на следующий день прошла реанимацию через прямой массаж сердца.
Неделя, другая, и вот говорит: «Что-то я у вас засиделась. Силы есть, и надо домой, картошку выкапывать да продавать».
Вот как пошло дело.
Я хорошо помню один мамин обход. Вера Васильевна, моя мама, не ограничивалась медицинскими вопросами, она всегда со всеми больными разговаривала – не только как врач, но и просто по-человечески.
И вот пациентка ей говорит:
– Все хорошо, только курить хочется!
Вера Васильевна подтянула к кровати стул, вытащила сигарету из пачки и сказала:
– Ну давайте курить! Почему вы не курите?
Все эти дни, как ребята из «ЛизаАлерт» нашли родных нашего одинокого, бездомного пациента без документов, у меня внутри звучала их коронная фраза: «Найден, жив!» Ждали его родную сестру сегодня, которая летела к нему из Крыма.
Восемь лет не виделись. Но на связи были всегда. Вот только он перестал отвечать полгода назад. В субботу устроили видеосвязь с племянницей, говорить он не мог, но мог слушать. Слушать, как они любят его и все будет хорошо. Узнать, как дела у всех его многочисленных родных. Нашел силы улыбнуться и послать воздушный поцелуй в экран.
Сегодня в обед зашла к нему еще раз сказать, что скоро он увидит сестру. Он махнул рукой.
Он не смог или не стал дожидаться. Не хватило каких-то десяти минут. Она поцеловала его еще теплый лоб, погладила по лицу и закрыла ему глаза.
Потом, немного позже, она рассказала мне о нем. И целый мир этого человека открылся. Из бездомного он стал самым младшим братом в семье, которого все очень любили и баловали. Спортсменом и тренером по хоккею. Модником, который любил красиво одеваться. Самым любимым маминым сыном, который забирался к ней под бочок, даже когда уже ему было лет пятнадцать, и смотрел телевизор и который горько и отчаянно плакал, когда она умерла.
Из одинокого бездомного, утыканного трубками, он стал любимым братом, сыном, дядей…
Ларисе Викторовне девяносто шесть, бо́льшую часть времени она спит, но когда просыпается – общается, как на светском рауте, и заразительно хохочет. У нее нежнейшие отношения с семьей, совершенно залюбленная дочкой, внуками и друзьями. Каждый день устраиваем им телефонные переговоры, каждый день – приятные мелочи в передачке, все именно так и то, как она любит. Внук передал фотографии из ее молодости, красавица она, конечно, невозможная, и там же, на фото – первая любовь, рассказывает о Нем с придыханием…