— Выдержу, — перебила Канцлера Адель. — Обязана выдержать. А вы, пожалуйста, смените моего телохранителя, он уже с ног валится.
Канцлер оглянулся на сына и пожал плечами:
— Он тоже… выдержит. Это его работа.
Нэй был готов провалиться от стыда, но вместо этого только вытянулся у двери. И отказался возвращаться в кресло:
— Как солдат может отдыхать, когда его королева в заботах? — Нэй заставил себя забыть, что когда-то в его жизни была Кара Хань. Старался забыть. Но не мог.
— Пользуйтесь случаем, господин лейтенант. Кто знает, что ждет нас в будущем?
Оно оказалось милосердным. Или сама Королева переупрямила Небеса. Просто в один прекрасный момент пришло сообщение, что вода стала резко убывать. Риск обрушения плотины исчез, и ремонтные бригады ринулись на полную починку бетонной громадины.
16
Опасность миновала. Людям разрешили вернуться домой. А тем, кто предпочел переехать, выделили компенсацию.
Адель упорно вникала в каждую мелочь лично. И Канцлер не выдержал:
— Ваше Величество, так нельзя! Вы сам на себя не похожи! Вот что, возьмите недельку отпуска и отдохните как следует, за остальным я пригляжу, это все же моя работа. Или вы хотите отправить меня в отставку?
Королева отложила документ, который внимательно изучала:
— Не время отдыхать. Если…
— Если Королева заболеет от перенапряжения, что ждет государство? Хотите неурожай в этом году? Отдыхать! Немедленно!
— Хорошо, — сдалась Адель. — Но сначала я закончу начатое.
Город встретил бурлением. Телохранители взяли королеву в кольцо, смешались с толпой.
Адель пожимала руки собравшимся прямо через оцепление, к большому неудовольствию начальника службы безопасности. Он шипел, ругался, но открыто выступить против появления на публике не мог и гонял подчиненных в хвост и гриву. Досталось даже Нэю.
Сам он до ужаса боялся проглядеть опасность, не успеть, на заслонить. Почти бессонные ночи сказались на работоспособности. И Нэй старался не отставать от королевы не на шаг, и на каждого, кто протягивал ей руку смотрел, как на врага.
Но сама она кого-то выискивала в толпе. Взгляд Адель задерживался то на одном, то на другом лице… и бегал дальше, в скопление народа. На лице сияла мягкая улыбка, но Нэй уже знал и эту складочку между бровями, и чуть трепещущие ноздри…
Лейб-гвардеец охраняет не только тело. В его задачу входит так же и душевный покой правителя. Нэй притянул к себе ближайшего телохранителя и сказал пару слов, так, чтобы никто не услышал лишнего. Мужчина со всех ног кинулся выполнять поручение.
Через несколько минут Нэю передали записку. А еще через четверть часа он пошептал:
— Ваше Величество, справа…
Там, чуть в стороне от толпы, старуха держала на руках рыжего кота. Рядом с ней стояла женщина с ребенком на руках.
Адель выдохнула. Ей показалось, из спины выдернули металлический штырь, и мышцы сразу ослабли. В глазах потемнело и последнее, что она почувствовала — как чьи-то руки подхватывают её, не давая упасть.
Тишина. Стерильная, пустая… Адель с трудом открыла глаза. И первое, что увидела — встревоженное лицо королевского врача.
— Проснулись? Как вы себя чувствуете?
— Голова… болит… — Адель испугалась собственного голоса. Хриплый, неживой.
— Ничего, скоро станет легче, Ваше Вличество…
Она проследила взглядом за рукой врача, который ввел что-то из шприца в пластиковую бутыль. От неё тянулся прозрачный шланг, и жидкость текла прямо в вену. Они выделялись тонкими линиями на полупрозрачной коже.
— Обморок — результат переутомления. Вам необходимо отдохнуть несколько дней.
— Я упала на площади? Прямо у всех на виду? Я … мне надо встать.
— Исключено! — послышался от двери властный голос. — Вы будете спать. Если понадобится — на снотворных. Но из этой комнаты не выйдете, пока не поправитесь.
— Господин Канцлер, — говорить было тяжело, но Адель справилась, — я должна знать, что происходит. Как мое состояние…
— Это уже моя забота, Ваше Величество! Отдыхайте!
Адель закрыла глаза. Сон навалился душным покрывалом и девушке пришлось приложить немало усилий, чтобы отогнать его хоть ненадолго.
— Лейтенант! Нэй!
Отчего-то казалось очень важным увидеть его, услышать голос, почувствовать осторожные прикосновения, не выходящие за рамки приличия… Да просто — ощутить присутствие. Здесь. Рядом. Сейчас.
— Ваше Величество?
Он не уходил. Стоял здесь же, за дверью. Переживал? Адель нашла в себе силы улыбнуться:
— Лейтенант, вы помните свою присягу?
Помнил ли он? Забыть то день, когда королева в белоснежной амазонке с золотым галуном оказалась в его руках? Он бы предпочел ослепнуть, но не забыть. Но произнес только предписанное:
— Так точно. Помню.
— Тогда… мне нужны новостные выпуски с того самого момента, как я упала. Все! И сетевые — тоже!
— Не в коем случае! — замахал руками врач. — Её Величеству предписан полный покой!
Нэй колебался. Слова отца о том, что королева едва не умерла от переутомления пугали. И эмоции врача — тоже. Но и она знала, на что давить. Присяга. Лейтенант Нэй Байю не собирался её нарушать, но, глядя на бледное лицо, решил6 пусть лучше его казнят за предательство, чем он усилит её страдания.
