К сожалению, презрев наставления духовных учителей, в сознании большинства христиан возобладала леность в размышлении над смыслом Евангелия и возникло
Поэтому молитва к святому пред его иконой в слух Ангела Божиего и Духа Святого, которого Господь благословил на служение людям, это есть оскорбление достоинства и миссии этого Духа, выражение Ему недоверия и отвержение Божией воли, пославшего Своего Ангела в помощь человеку в его противостоянии диаволу.
Не лишне повторить ещё раз, что лишь молитва пред иконой Иисуса Христа вполне оправдана, поскольку в этом случае мы молимся в слух Духа Божиего (Духа Святого), который находится в нас и которого Христос послал в мир после Своей победы над смертью.
В случаях, когда христианин по своему неведению просит святого походатайствовать за него пред Богом, и получает просимое, то в этом случае Ангел Божий, слышавший его молитву, глядя на расположение сердца и души, если они смиренны, а мысли благонамеренны, доносит её в слух Бога, Который позволяет Ангелу исполнить просимое. Подобное происходит и в явлениях святых.
Поскольку святые, получившие духовные тела, всё же не могут покидать своего нового местопребывания по причине не свойственной им функции ходатайства,
Вопрос о посредничестве святых между христианином и Богом хочется закрыть словами блаженного Августина, сказавшего: «Пусть же религия связывает нас с одним только всемогущим Богом, потому что между нашим умом, которым мы постигаем Отца, и Истиною, то есть внутренним Светом, при посредстве Которого мы Его постигаем, не посредствует никакая тварь». (Блаженный Августин Иппонийский. Изд-во Паломник, 1997. С. 94.).
Не меньшее распространение в среде христианства получило заблуждение относительно необходимости крещения младенцев для изглаживания их первородного греха. В «Догматическом послании православных иерархов» читаем: «Посему оно (крещение) нужно и младенцам, ибо и они подлежат первородному греху, и без крещения не могут получить отпущения сего греха. Если же младенцы имеют нужду в спасении, то имеют нужду и в крещении» (с. 172).
Называют и другую необходимость крещения младенцев; как подражание закону Божию, данному Аврааму об обрезании – как свидетельство Завета Бога с потомками Авраама. «В Ветхом Завете обрезание, через которое Израильтяне вступали в завет с Богом, совершаемо было, по повелению Его, и над младенцами. Но обрезание ветхозаветное было прообразом таинства крещения, через которое мы вступаем в завет с Богом в Новом Завете». («Руководство к изучению догматического богословия», с. 248).
Прежде чем приступить к рассмотрению выписанных нами цитат, необходимо сделать замечание, что ветхозаветное обрезание, как символ завета с Богом, заменено Господом на Новый Завет, который Господь заключает непосредственно с каждым верующим в Него. «Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет. Вот завет, который Я заключу с домом Израилевым; вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом».
В этом, новом завете с Богом (крещении), совершенно очевидно, что крещение совершается уже над верующим человеком, свободно и осознанно принявшим условие спасения. Младенец же в акте его крещения ничего подобного не имеет.
Таким образом, совершаемое крещение младенцев, как знак завета с Богом, наподобие ветхозаветного обрезания, не является действительным заветом с Богом, поскольку Господь изменил смысл образа Завета на внутреннее восприятие Бога, на восприятие Духа Его в сердце человека.
Как обрезание не гарантировало евреям спасения и защиты от языческих народов
