Нечаянное замужество полностью

— Итак… — его изучающий взгляд чувственно прошелся по мне от макушки до пят, самым откровенным образом задержавшись на ногах, и снова вернулся к глазам. — Пришло время расплатиться по долгам… — шелковый платок сделал медленный оборот вокруг его кисти. — …дорогая.

Смелость улетучилась.

Сердце не просто "убежало в пятки", по ощущениям — оно вообще покинуло пределы герцогства.

Не имею ни малейшего представления, как должен смотреть мужчина на свою жену в первую брачную ночь, но д'Арно со своим платком в руках сейчас больше напоминал ловца, готовившегося накинуть аркан, и я почувствовала себя соответственно.

— Милорд… — дрожь в голосе выдала страх с головой. Пролетевшие в мыслях убеждения, просьбы и доводы мелькнули перед внутренним взором во всех красках и тут же смешались в одну неразборчивую палитру. Из которой оказалось возможным собрать только откровенное: — Я не готова, — призналась честно, и даже не предприняла попытки скрыть панику. — Для меня все произошло слишком внезапно, мне нужно чуть больше времени!..

— "Грегори", — поправил д'Арно спокойно и неторопливо шагнул ко мне, продолжая поигрывать в пальцах пресловутым платком, который уже начинал изрядно действовать на нервы. — Думаю, жена должна называть своего мужа по имени. И время — это как раз то немногое, чего я дать тебе не могу. Сожалею.

Желание сбежать через первую попавшуюся на пути дверь и подпереть чем-нибудь изнутри увеличилось в разы, и я невольно попятилась вглубь комнаты.

— Я не желала, чтобы та церемония имела такие последствия, милорд!.. — запоздалое, жалкое и уже несколько месяцев как — бесполезное извинение, если в данном случае вообще было уместно слово "извинение"…

— И в этом большая разница между твоими намерениями и моими, Ленора, — серьезно заметил д'Арно, нисколько не проникнувшись перепуганным состоянием навязанной супруги, и даже не замедлив шага. — Я никогда не стану играть чужими судьбами просто так. Если уж я взял ниточку чьей-то жизни в свои руки — я по своей воле больше не отпущу ее. Я вплету эту жизнь в крепкий узор, который нужен мне. И ей. И она больше не сумеет никуда ускользнуть или отклониться от нужного направления. Спутаться, порваться. Ты же… — он улыбнулся улыбкой мастера, снисходительно глянувшего на неважный результат работы ученика. — Пыталась сотворить подобный узор акварелью, дорогая. А его так легко размыть. Потерять власть. И причинить вред. Считай, что я сейчас просто исправляю твою ошибку.

— И совершаете другую, милорд, торопясь с нашими супружескими отношениями и даже не стараясь отыскать выход, потому что я буду вам ужасной женой! — это должно было прозвучать тревожным предупреждением, но получилось — как горячее обещание от всего сердца.

— У меня не столь высокие требования, — успокаивающе заверил д'Арно, продолжая неумолимо сокращать расстояние между нами.

— Вам придется краснеть за меня перед всем двором! — я сделала еще один рывок назад и ударилась спиной об рельефный выступ стены, красивой лепной лентой опоясывавший комнату.

— Что только подтвердит мою романтичность и нашу с тобой тайную женитьбу исключительно по любви, — заметил герцог резонно, однако насмешка в словах все же проскользнула.

— И вас нисколько не заботит, что я абсолютно не хочу быть Вашей женой?.. — еще одна жалкая попытка заставить его прислушаться к голосу разума.

— Хочешь, — уверенно возразил д'Арно. — О чем заявила, стоя перед алтарем, и твое "да" священник слышал прекрасно.

Он не спеша пересек оставшееся разделявшее нас пространство и оперся ладонями о стену по обе стороны от моих плеч. Шелковый платок колыхнулся в воздухе вслед за движением и почти невесомо опустился на рукав моей рубашки. Сердце закаменело.

— И знаешь, о чем я мечтаю с той самой ночи, Ленора? С того момента, когда стянул повязку с глаз и впервые увидел свою жену рядом с ее лошадью, готовившуюся снова исчезнуть из моей жизни, прихватив с собою мою свободу, кольцо и надежды на законного наследника однажды? Знаешь, чем я мечтаю заняться с тобой сегодня?

Я вжалась в стену так, что там, на спине уже наверняка отпечатался узор лепнины. Бархатный голос д'Арно звучал почти точно так же, как тогда, в гостиной… Но сейчас от его слов голова не кружилась, и по телу не разливалось то лишающее разума волшебное тепло.

— Поговорить.

— Что?.. — сипло переспросила удивленно. Услышанное не значилось ни среди догадок, ни среди обещаний. Ни — если быть откровенной — среди угроз.