При этом Агриппина действовала в контексте времени, как и все остальные. Уже при Августе бо́льшая часть неформальной и официальной власти в империи была сосредоточена в руках членов императорской семьи и при императорском дворе. Благодаря подозрительному отношению Клавдия к сенаторам, в глазах многих традиционалистов суд окончательно превратился в черную дыру, которая фактически поглотила полномочия всех традиционных политических институтов, от сената до народных собраний[490]. Оставалась только близость к императору, которая гарантировала влияние и власть. Поэтому крайне негативная реакция сенаторских историков на то, что придворные льстецы из числа вольноотпущенников действительно получили широкие полномочия, неудивительна.
Однако гораздо ближе, чем
Агриппина начала новую главу в этой книге и последовательно использовала открывшиеся перед ней возможности. Тот факт, что некоторые римские аристократы стремились установить с ней тесные контакты, вовсе не удивляет, а скорее свидетельствует об особом положении императорской супруги и матери. Почетный титул Августы обеспечил ей особое влияние.
Агриппине, родившейся примерно в 15 году, на тот момент около 39 лет. Она вышла замуж в 12 лет и впервые за четверть века, проведенную с тремя мужьями, которые были значительно старше нее, жила без мужчины-опекуна[495]. Как бы мы ни относились к этому сегодня, для Тацита это обстоятельство не имело значения. Он возмущен тем, что Агриппина переступила границы дозволенного как женщина. Но в то же время его беспокоит и другое: действия Агриппины стали возможными только вследствие природы принципата. Мог ли появиться кто-то вроде нее во времена республики? Исключено. Тогда историю вершили мужчины. В блаженные времена
Выдающаяся роль матери Нерона единодушно отражена в самых разных источниках. В первые месяцы правления Нерон, напротив, остается совершенно бесцветным, и не только в литературных свидетельствах, где он описан так, будто им управляют на расстоянии.
Влияние Агриппины распространилось и на провинции. В Афродизиасе, небольшом городке среднего пошиба в области Карии, входящей в состав провинции Азия, оно было высечено прямо в камне. Афродизиас довольно рано установил тесные связи с династией Юлиев-Клавдиев и еще во времена Тиберия выразил свою лояльность, построив богато украшенный Себастейон, святилище, посвященное римским императорам и Афродите[498]. Общественный культ имел свой смысл, ведь Афродита в образе римской Венеры считалась прародительницей рода Юлиев. Строительство на территории Себастейона продолжалось вплоть до правления Нерона. Скульпторы Афродизиаса, известные своим мастерством во всем Средиземноморье, создали серию мраморных рельефов, изображавших членов клана Юлиев-Клавдиев и украшавших некогда вход в храм. Каждый, кто входил в святилище, проходил мимо старых знакомых, изображенных в натуральную величину и в выразительных позах: Август с богиней победы Никой, Ливия в момент жертвоприношения, Клавдий, держащий за шиворот персонификацию Британии. Примечателен мотив, выбранный для молодого императора Нерона. Нерон изображен в солдатской амуниции, и женская фигура с рогом изобилия в руке надевает ему на голову лавровый венок – это Агриппина (рис. 7)[499]. Мать императора изображена даже немного крупнее своего сына. Согласно условностям изобразительного языка того времени, это означало не что иное, как более высокий статус. Роль Агриппины в истории с приходом к власти ее сына вряд ли можно было представить более четко и наглядно[500].
